Бесконечность

Я подумал обо всем том, что менялось в других мирах.

– Я упоминал во время сеансов про женщину по имени Тай Рагаса?

– Коллегу по работе, влюбленную в вас? Да.

– Но это все? Она только коллега, не более? У нас с ней ничего нет?

– Мой лучший друг Роско Тейт. Он… он умер.

– Да. Роско погиб в аварии несколько лет назад. Для вас его смерть явилась опустошительной катастрофой. После смерти ваших родителей он был вам опорой в жизни.

– В ту самую ночь я… – начал было я, но не смог продолжать.

Ева подождала, но, увидев, что я колеблюсь, закончила за меня:

– В ту же самую ночь вы встретили Карли.

– Дилан, вы сами знаете ответ на этот вопрос. Говорите.

– Карли, – прошептал я. – Я потерял ее в разлившейся реке.

– Вот видите? Вы всё помните.

– Три недели назад я выступала у вас в гостинице, – пожала плечами Ева. – Читала лекцию о теории Множественных миров и Множественных сознаний. После лекции вы подошли ко мне. Это было всего через несколько дней после вашей трагедии. Вы были опустошены, переживали утрату. Вы сказали, что обыкновенно не доверяете мозговедам, но сейчас все настойчиво советуют вам обратиться к психотерапевту. Моя теория вас заинтересовала. Вы сказали, что после аварии не перестаете думать о том, какие решения принимали в своей жизни. По вашему мнению, Карли погибла из-за того, каким человеком вы были и какие ошибки совершали в жизни. Вы хотели узнать, может быть, где-то есть другой Дилан, принимавший правильные решения, и посмотреть на его мир. Вот как все началось.

– Да, в этом есть определенный смысл.

– Но вы ничего этого не помните.

– Не переживайте по этому поводу. Я вам уже говорила: нужно время. А пока что вам следует вернуться домой и отдохнуть.

Я подошел к ней и пожал ей руку.

– Наверное, я должен вас поблагодарить.

– Благодарить меня нужно только в том случае, если вы ощутили что-то вроде прозрения. Весь смысл моей терапии в том, чтобы помочь вам понять тот мир, в котором вы живете, показав вам его альтернативы. Вы что-нибудь узнали о себе?

– Была определенная часть меня, которую я должен был убить. И я ее убил.

– В прямом смысле? – нахмурилась Ева.

– Ну, это уже крайность. Такого я еще не слышала. Но вы после этого чувствуете себя другим человеком?

– Если честно, чувствую. Я только жалею о том, что не дошел до этого давным-давно. Я потерял то, что имело для меня огромное значение, а сейчас уже слишком поздно что-либо изменить.

– Еще не слишком поздно, – улыбнулась Ева, стараясь меня подбодрить. – До тех пор пока человек дышит, время еще есть. Мы с вами встретимся в ближайшее время, Дилан. Все изменится к лучшему, вот увидите.

Я подошел к двери, но на пороге остановился. Я снова обвел взглядом кабинет, по-прежнему совершенно незнакомый. Даже так я сказал себе, что здесь все настоящее.