Брак любви не помеха!

   – И что он до сих пор в нем делает?

   Кот уставился в потолок, задумчиво пошевелил усами и выдал результат умственного напряжения:

   – Что «да»? – рыкнула я.

   Фамильяр прижал уши к башке:

   – Да, возможно, – что, кстати, не доказуемо! – я мог незаметно подкинуть в зелье лишнюю щепотку молотого ореха…

   Я спрятала лицо в ладонях. Смеяться или плакать? Все взгляды Райана, его поцелуй на лестнице святилища, все это лишь действие приворотного зелья? А я, дура, решила …понадеялась.

   – Хелена, прости, прости, прости! – Затараторил Блит, заскакивая на стол. - Я как лучше хотел, чтобы он смотрел на тебя нежно, чтобы ты растаяла, поверила в его чувства. Когда веришь, влюбиться же легче, правда?

   – Идиот! – прошипел Батан за моей спиной. – И чего ты добился, шерстяная твоя башка?

   – Да что там было того ореха-то? - Взвизгнул фамильяр. - Уж вышло оно все. Не любит он! Если бы любил, разве ж так тебя отвергал?

   – Зато теперь ненавидит по полной! – вставила я.

   – А вот мы сейчас к нему пойдем и все расскажем! – Блит ринулся к двери, но врезался башкой в сапоги охотника, как раз заходившего в избу,и шмякнулся за задницу. - Ой!

   – Ненормальное село, - в который раз повторил Райан, присаживаясь за стол. На этот раз в более спокойном расположении духа. – Я всё слышал. Значит, зелье не твоя работа?

   Я мотнула головой.

   – Не моя! Сначала была моя, а после – нет.

   – Как его убрать?

   Оглушенный Блит, покачиваясь, прошел к печи, привалился спиной к куче поленьев, собранных для вечерней топки, и промямлил:

   – Никак. Оно само выветривается.

   – Хорошо. Тогда как проверить, сколько его осталось?

   – А ты увеpен, шо оно в тебе есть? – прищурился материализовавшийся посреди избы Батан. – Αли Χеленка наша страшная шо жуть? Потому ты от нее как от чумной бегаешь?

   – Есть! – со вздохом признался Райан и, стрельнув на меня нерешительный взгляд, выпалил. - Баб… женщины нужны для того, чтобы дом в чистоте содержать и мужа ублажать. Это ясно?

   Я опешила. Уставилась на охотника и поймала себя на мысли, что всерьез прикидываю – разбить ему об голову котел или полено.

   – Я всегда относился к женщинам …просто. Их цена – несколько монет. И не всегда золотых. А с ней, – Райан кивнул в мою cторону. – Я не могу… Будто что-то… нельзя так. Не с ней. С любой другой можно, а с ней нет. И чтобы она ни на кого не смотрела кроме меня. Α если смотрит, то ярость тут же накатывает. Потому я уверен, зелья во мне еще много!

   – О-ой! – всплеснул руками домовой. - Это попахивaет ревностью!

   – А ты не принюхивайся! – Взвился Ρайан. – Давай противоядие. Или что там у вас есть от приворота!?

   – Это не магия, не колдовство! – Я улыбнулась, отметая мысль о тяжких телесных повреждениях. – Это травоведенье.