Брак любви не помеха!

   Только мне покоя всего один вопрос не давал: все, что сейчас происходило, было из-за того, что я запрос на повышение Сил подала? Или все ещё раньше началось? С какого момента, с какого моего решения все пошло под откос?

   – К дьяку зайдем по дороге? – Охотник поднялся, пристегнул к поясу топор.

   Я пожала плечами: зайдем, почему нет!? Попрощаться тоже надо.

   – Вот и ладно, - Райан открыл дверь, пропуская вперед Блита,и вышел.

   Я задержалась. Окинула взглядом избу, постаралась запечатлеть в памяти мебель, сколоченную охотником, печь (сколько зелий на ней сгорело, не упомнишь!), широкий подоконник и выглядывающий из зарослей травы яблоневый сад.

   Прощай, родная изба, может, свидимся еще!

   И вышла. Прикрыла дверь, повернула вертушку, закрыла калитку.

   – Здравствуй, Хеленочка! А куда ж ты намылилась опять?

   – Здравствуйте, баба Глаша, – я помахала рукой соседке, выглядывающей из-за забора. – Второго мужа себе искать иду.

   – О!? – Глашку закоротило. Глаза у нее стали раза в два больше обычного, а от умственных потуг лицо и вовсе перекосило. - Это к-как?

   – Волшебный валенок! – Я похлопала по новой обители домового и лукаво подмигнула старухе. – Которому мужику впору будет, тот и ėсть мой суженый.

   – О!? - Снова выдала соседка. – Так он же ж безразмерный! Почитай каждому второму подойдет!

   – Именно, баба Глаша! – Весело прoорала я и припустила следом за удаляющимися Райаном и Блитом. – Именно!

До административного корпуса добрались без приключений. Если не считать косых взглядов встречающихся на пути селян. Мужчины ухмылялись при виде меня и хмурились, приметив широқоплечего охотника, женщины поступали с точностью до наоборот. Черный кот, вышагивающий рядом со мной, интереса не вызывал ни у кого, зато валенок на моем бедре – у всех без исключения. Шепоток за спиной и негромкое хихиканье были тому доказательством.

   Филимона нашли у алтаря. Дьяк двери запирал только с заходом солнца, чем мы и воспользовались, в очередной раз запятнав своим (моим, если быть точнее!) присутствием святилище.

   – Чего надыть? - Привычно «поздоровался» Филимон, разглядев в сумраке наши фигуры.

   – Благословления,ибо идем мы на бой смертный! – выдал Райан и, махнув топором, опустился на одной колено.

   Не знаю, у кого из нас лицо вытянулось сильнее. Наверно, у меня.

   Филя подобрал челюсть, напустил на себя важный вид и скороговоркой выпалил:

   – Подношение принес?

   – Не без этого! – Охотник поднялся и скромно положил на алтарь три куриных яйца. (Батан из валенка только довольно хмыкнул). Я, дьяк и лупоглазый Дебриабрий с одинаковым шоком уставились на подношение.

   – Тадыть, это …иди чтo ли, - промямлил Филимон. - Умри с честью.

   – Сложу голову, себя не пожалею, - с готовностью откликнулся охотник.