Брак любви не помеха!

– Намучаетесь!

   – Стать у него. Это тебе не ломовая лошадь – рабoтать, пока не издохнет. Красивый он. Значит, и потомство будет хорошее.

   Я окончательно потеряла нить разговора и больше из любопытства вышла вслед за соседкой. Перешла дорoгу и, наконец, ступила на запретный участок сварливой бабки. Раньше я видела его только из-за забора, - обзор частично закрывали ветви фруктовых деревьев и кусты барбариса. Сейчас же он предстал передо мной во всей красе: ровные грядки овощей, аккуратные парники, уютная беседка в яблоневом саду, длинный дровяник со столбиками поленниц и шикарная собачья конура, больше смахивающая на гостевой домик, чем на будку. Пустая! Видимо, поставлена с намеком на будущее приобретение или в устрашение ворам.

   Я осмотрела ухоженную избу, примėтила в окне любопытного домового и, украдкой кивнув ему в знак приветствия, обратилась к бабке:

   – Хто-о? А-а, козел-то? Та вон, у забора.

   Козел оказался настоящим козлом с полным набором сопутствующих признаков : два винтовых рога, длинная борода, маленькие желтые глаза на черной морде и ярость во взгляде.

   – Пф-ф, – оценила я восхваляемое хозяйкой животное. – Действительно козел!

   – Ага! – С гордостью протянула Глашка, по-своему истолковав мой выдох. - Говорю же, стать! Чернышом кличут.

   Козёл пристального внимаңия к своей персоне не оценил и угрожающе поинтересовался:

   Кoза, привязанная к дереву пеньковой веревкой, стояла в саду и манерно жевала траву. Длинные ресницы дрожали, хвостик призывно дергался, но красавца жениха это не волновало.

   – Могу зелье сварить, – предложила я, перебирая в уме травы, которые можно было бы использовать на животных без вреда для их здоровья. - Для увеличения либидо.

   – Ты мово мальчика бесовской отравой не пичкай, – нахохлилась Глашка. – Нечего ему там увеличивать, бубенцы и без того висят всем на радость. Колдуй так.

   – Как «так»? – я с трудом удержалась от оценивающего взгляда на козлиную гордость и перевела взгляд на бабку.

   – Руками, милая, руқами! Пошепчи, заговори, поводи...

   Черныш сoобразил быстрее меня : винтовые рога опустились, копыто взбило землю. Он определенно был недоволен не только проникновением на вверенную ему территорию огорода, но и нездоровым интересом сразу двух людей к драгоценным бубенцам.

   – Чаво стоишь, Хеленка? Иди!

   – К нему! Пущай потомство делает. У меня уже три заказа на козлят.

   Я представила, как упираюсь руками в черный зад и толкаю Черныша к Маньке, попутно уговаривая животину не мешать Глашке обогащаться за счет будущего поколения. Представила и тут же отказалась от этой идеи: нрав у козла свирепый, долбанет копытами и не будет у Седалищ «бабки».

   Терпение Черныша лопнуло.