Отомщенный любовник

Зачем напрягаться?

Ривендж предстал перед принцессой в состоянии полной эрекции, расставив ноги, дыхание размеренно вырывалось из его огромной груди.

– И я полностью готов для выполнения условий сделки.

Ее рубиновый взгляд опустился вниз по его телу и остановился на его члене, губы приоткрылись, и раздвоенный язык скользнул по нижней губе. Скорпионы в мочках ее ушей изогнули когтистые конечности от предвкушения, будто реагировали на ее сексуальное возбуждение.

Она указала на бархатный мешок.

– Подними его и подай мне должным образом.

– Нет.

– Подними его.

– Ты любишь нагибаться передо мной. С чего мне отбирать у тебя хобби?

Принцесса спрятала руки в длинных рукавах мантии и подошла к нему в плавной манере симпатов, она буквально парила над полом. Когда она приблизилась, Рив твердо стоял на своем, потому что он скорее умрет и сгниет в земле, чем отступит хоть на шаг ради такой, как она.

Они смотрели друг на друга, и в глубокой, зловещей тишине, Рив чувствовал ужасающее сходство с ней. Они были похожи, и хотя он сам ненавидел это родство, было облегчение в том, чтобы стать самим собой.

– Подними…

– Нет.

Она раскрыла скрещенные руки и рука с шестью пальцами пронеслась через воздух к его лицу, удар вышел сильным и резким, как ее рубиновые глаза. Рив не позволил голове запрокинуться назад, раздался громкий, будто разбившаяся тарелка, шлепок от удара.

– Я хочу, чтобы твоя десятина была вручена мне подобающим образом. И я хочу знать, кто она. Я чувствовала твой интерес к ней и раньше… когда ты далеко от меня.

Рив держал рекламу пляжа приклеенной к лобной доле, и знал, что принцесса блефует.

– Я не нагибаюсь, ни перед тобой, ни перед кем бы то ни было, сучка.

Так что, если хочешь получить мешок, сама коснешься пола. А что касается того, что, как думаешь, знаешь: ты ошибаешься. У меня нет никого.

Она снова ударила его, боль метнулась вниз по позвоночнику и запульсировала в головке члена.

– Ты сгибаешься передо мной каждый раз, как приходишь сюда со своим жалким откупом и изголодавшимся членом. Ты нуждаешься в этом, ты нуждаешься во мне.

Он придвинул лицо ближе к ней.

– Не льсти себе, Принцесса. Ты – неприятная работа, а не выбор.

– Неверно. Ты живешь, чтобы ненавидеть меня.

Принцесса взяла его член в руку, эти кладбищенские пальцы крепко обхватили его плоть. Почувствовав ее хватку и поглаживание, он ощутил отвращение…  но на его эрекции выступила капля от оказанного внимания, хотя ему самому было невыносимо происходящее:  он совсем не находил ее привлекательной, но его симпатская сторона жаждала битвы разумов, именно это возбуждало.

Принцесса наклонилась к нему, указательным пальцем потирая шип у основания эрекции.