Чужестранка. Книга 1. Восхождение к любви

Я сожалела, что не имела возможности попрощаться со всеми и с каждым до отъезда нынче утром, но тут меня окликнул Дугал, который стоял на лестнице позади меня и приглашал подняться к нему на верхнюю площадку.

Выглядел он еще более озабоченным, чем обычно, подумала я, когда он молча, жестом предложил мне войти в комнату. Начальник гарнизона стоял у открытого окна, его стройная, высокая фигура четко вырисовывалась на светлом фоне. Увидев меня, он рассмеялся – вернее сказать, то был один короткий смешок.

– Да, я так и думал. Судя по описанию Маккензи, это должны были оказаться именно вы.

Дверь за мной затворилась, и я обнаружила себя наедине с капитаном его величества восьмого драгунского полка Джонатаном Рэндоллом.

Он был на этот раз в красно-коричневом мундире, с воротником, обшитым галуном, в аккуратно завитом и напудренном парике. Но лицо все то же самое – лицо Фрэнка. У меня перехватило дыхание. Но теперь я заметила небольшие жесткие складки вокруг рта и надменную осанку. Однако он достаточно вежливо улыбнулся мне и пригласил сесть.

Мебели в комнате было немного: письменный стол и кресло, еще один простой сосновый стол и несколько стульев.

Капитан Рэндолл кивнул молодому капралу, который стоял у двери, и передо мной на столе появилась полная кружка эля.

Капитан мановением руки отослал капрала на место, налил эля себе и грациозно опустился на стул напротив меня.

– Отлично, – произнес он самым любезным тоном. – А теперь почему бы вам не рассказать мне, кто вы такая и как очутились здесь?

Выбора у меня не было, и я поведала ему ту же историю, что и Колуму, опустив не слишком тактичное изложение подробностей нашего с ним столкновения, которые он, разумеется, помнил и сам.

Я не имела представления о том, что рассказал ему Дугал, и не хотела угодить в ловушку. Капитан слушал мое повествование с вежливым, но скептическим выражением лица. Я заметила, что в отличие от Колума он и не думал его скрывать. Откинулся на спинку стула и подумал.

– Вы назвали Оксфордшир. Но я что-то не припомню там никаких Бошанов.

– Откуда вам их знать? – огрызнулась я. – Ведь сами-то вы из Суссекса.

Он удивленно раскрыл глаза. Я готова была откусить себе язык.

– Могу ли я спросить, откуда вам это известно? – сказал он.

– Э-э… ваша речь. Точнее, ваш выговор, – поспешила я с объяснением. – Чисто суссекский.

Красивые брови поднялись почти до самого парика.

– Моим учителям, а также моим родителям было бы неприятно услышать, что мой выговор так выдает место моего рождения, – сухо произнес он. – Ведь они пошли на определенные усилия и затраты, чтобы исправить его.