Чужестранка. Книга 1. Восхождение к любви

Мне было видно, как его грудь то подымается слегка, то опускается и как медленно пульсирует жилка у него на шее, где у самого основания горла виднелся небольшой треугольный шрам.

Между нами снова возникла натянутость. Я протянула руку и дотронулась до Джейми, надеясь, что прикосновение восстановит непосредственность, как это уже было прежде. Он обнял меня за плечи, но это лишь дало мне почувствовать твердые линии его тела под тонкой рубашкой. Я отодвинулась – под предлогом, что хочу сорвать несколько цветков розовой лесной герани, выросшей среди камней.

– Помогает от головной боли, – объяснила я, сунув маленький букетик за пояс.

– Это беспокоит тебя, – отозвался Джейми, повернув голову и пристально посмотрев на меня. – Я не о головной боли, понятное дело. О Фрэнке. Ты думаешь о нем, и тебе неспокойно, когда я дотрагиваюсь до тебя, потому что думать о нас обоих одновременно ты не можешь. Верно?

– Ты очень восприимчивый, – сказала я на это, удивленная.

Он улыбнулся, но больше ко мне не прикасался.

– Это не слишком сложная задача, милая. Когда мы вступали в брак, я представлял себе, что хочешь ты этого или не хочешь, но непременно станешь часто думать о нем.

Я не думала перед этим о Фрэнке, но Джейми был прав: с этим ничего не поделаешь.

– Я сильно похож на него? – вдруг спросил Джейми.

Трудно было бы представить себе большую противоположность. Фрэнк был стройный, гибкий и смуглый, а Джейми крупный, крепкий и светлый, точно солнечный луч. Оба они были наделены атлетической грацией, но Фрэнк обладал сложением теннисиста, а Джейми – воина, борца, сформированного – и закаленного – неблагоприятными физическими обстоятельствами.

Фрэнк был на неполных четыре дюйма выше моего роста в пять футов шесть дюймов. Стоя лицом к лицу с Джейми, я весьма уютно утыкалась носом в маленькую ямку посредине его груди, и он с легкостью мог бы положить свой подбородок мне на макушку.

Но эти двое мужчин отличались один от другого далеко не только физически. Разница в возрасте составляла почти пятнадцать лет, что вполне соответствовало чисто городской сдержанности и замкнутости Фрэнка и непосредственной открытости Джейми.

Фрэнк был блестящий, изощренный, но вместе с тем деликатный любовник – и очень к тому же опытный. Не обладая опытом и не претендуя на это, Джейми просто отдавал мне всего себя – без остатка. И глубина моего отклика на это совершенно выбивала меня из колеи. Джейми наблюдал за моей внутренней борьбой не без сочувствия.

– Мне кажется, у меня в связи с этим есть только два выхода, – сказал он. – Либо предоставить это твоей заботе, либо…

Он наклонился ко мне и прижался губами к моим губам.