Донор

В подтверждение ее догадкам люк чердака отодвинулся на пару сантиметров, чтобы она смогла подцепить его и открыть. Но она не спешила.

— Мамочка! Скорее, они хотят меня съесть!

Крышка люка задрожала и отлетела, открывая проход. По чердаку кто-то пробежал, и все стихло. Наташа больше не раздумывала. Пошла в спальню, вернулась со стулом и поставила его под черным прямоугольником в потолке. Встала на стул и, заглянув в проем, посмотрела в обе стороны. Если там кто-то и был, то черные тени надежно его прятали.

Наташа пошатнулась и схватилась за края люка.

— Где ты, малыш? — сквозь рыдания прошептала она.

— Наташа, перестань!

Голос Олеси должен был отрезвить, привести в чувство. Он так и сделал, но ненадолго. Чувство нереальности усилилось, к нему добавилось чувство детской обиды. Ее сестра не хочет, чтобы она общалась с сыном?! Она мешает ей! Возможно, бог (дом, дьявол или еще какие неведомые силы) дают ей последний шанс поговорить с сыном, а эта избалованная малолетка не дает ей этого сделать.

— Мама, я сейчас уйду и не приду больше никогда, — будто почувствовав настроение Наташи, сказал голос из темноты чердака.

Последние слова ей шепнули на ухо. Голос не был детским и приятным, но и неприязни тоже не вызывал. Неваляшка звякнула в знак согласия где-то поблизости.

Он не был уверен и поэтому хотел проверить. Костя прошел к себе в кабинет и закрыл дверь на ключ, сейчас ему не до разборок. По договору на установку камер и муляжей у него была неделя, но местному руководству он обещал управиться за пару дней. Обещанный срок сдачи он уже пропустил, да и договорный скоро на исходе.

Костя прошел к столу, достал спортивную сумку, в которой привез сюда все немногочисленное оборудование и начал туда складывать камеры. Их нужно будет установить по всему дому. Иначе нельзя. Костя запутался — он не знал, кому можно доверять, а кому нет. Жуткая загадочность отца, умноженная на внезапное выздоровление, истеричность жены, глупость сиделки (иначе зачем было соскребать штукатурку со стены голыми руками), появление босоногих детей и обнаженных баб, девочек и неваляшек на паучьих лапах… черт! Как он с ума еще не сошел.

Загрузив все необходимое в сумку, Костя осмотрелся. Неплохо бы выписать пропуск, но Костя был уверен, что на проходной в его сторону даже не посмотрят. Ведь именно поэтому им и понадобился специалист по наружному наблюдению. Им нужны пастухи над пастухами.

Костя выглянул в коридор. Никого. Вышел, закрыл за собой дверь и направился к лестнице. Его не покидали мысли, что он и сам становится пастухом в своей семье.