Донор

Только сейчас Ма поняла, что ее миссия может завершиться, так и не начавшись. Цыганка на пороге воспринимается как цыганка. Либо продающая что-то ненужное, либо покупающая что-то ненужное. А в целом на цыган смотрят как на тех, кто хочет обманом выудить кошелек.

— Я пришла, чтобы помочь.

Наташа хорошо знала цыган и боялась их. Людская молва обвешала их способностями, которыми они не обладали. Единственное, что у них хорошо получалось, — так это продавать наркотики и попрошайничать под видом гадания. После слов: «Я ничего не продаю. Я пришла помочь» — Наташа укрепилась в своих мыслях, что эта женщина пришла ее облапошить.

Кабанова была уверена, что цыганка ничего не умеет, кроме «позолоти ручку, всю правду расскажу», но тем не менее в глаза «гостье» смотреть опасалась.

— Я знаю, что вам нужна помощь, — проговорила старуха. — Я чувствую зло.

Наташа не могла поверить собственным действиям. Безысходность? Или гипноз? Она открыла шире дверь, пропуская в дом цыганку. Все — вид старухи, пафосные изречения, даже ее попытка показаться слепой — говорило о том, что цыганка пользуется ситуацией. Но Наташа все равно ее впустила.

И даже помогла добраться до стула на кухне.

— Извини, девочка, — произнесла старуха. — Обычно я порасторопней. — Она посмотрела на Наташу, и их глаза встретились. — И да, я действительно слепая.

Наташе стало стыдно за ксенофобские мысли. Ну да, цыганка, но это же не значит обман. Черт! Возможно, они действительно умеют что-то и подобная реакция с их собеседниками происходит всегда. Они делают так, чтобы теперь в мозгу лоха укоренилось чувство вины. А под этим соусом люди и последние деньги отдадут. Не дождетесь!

— Она не мошенница, — сказала до этого не произнесшая ни слова Олеся.

 — Алексей знает ее.

Призрак выплыл из холла, разбрасывая багровые хлопья из разбитой головы.

— Она пришла помочь, — сказал он.

— Неупокоенный тоже здесь, — улыбнулась старуха и устремила свой невидящий взгляд на Алексея. — У тебя последний день.

Алексей кивнул, багровые частицы над головой взметнулись и опали. Наташа поразилась, как легко она все происходящее переживает, ее не повергает в шок призрак, бродящий поблизости с разбитой головой, слепая ворожея, бегающие по потолку домработница и свекор, сестра, изнасилованная стариком, еще вчера лежавшим колодой.

Все это, будто повседневная рутина, утомляла, но без нее Наташа не представляла себе другой жизни. Будто она была запрограммирована именно на разгребание этого дерьма.

— Что нам делать? — спросила Наташа и села за стол.

— Нам необходимо найти эпицентр. Ось зла. То место, откуда злые духи выбираются к людям.

— Я знаю такую ось, — сказал Алексей. — Это комнатка, где замурованы… Где были замурованы дети и жена первого хозяина.