Джек Ричер, или Дело
Это сразу обращало на себя внимание и настораживало глаз.
— Моя вина, — сказал я. — Полностью моя вина.
Мальчик понял сказанное мною буквально. Я имел в виду, что он должен подождать. А он поспешил и сам сделал себя восемнадцатилетним, что называется, там и тогда. Смастерил что-то для того, чтобы сделать задуманное. Возможно, за тем самым кухонным столом, за которым мы сидели и разговаривали, попивая холодный чай. Я представил его себе: склоненная голова, сосредоточенный, язык зажал между зубами; в руках, возможно, смоченная водой бумага, с которой падают на документ капли воды; вот он соскребает прежние цифры острием кухонного ножа, осушает мокрое пятно на документе, ждет, пока оно высохнет, находит нужную ручку, подсчитывает, тренируется в копировании почерка и наконец вписывает нужные цифры.
И все это из-за меня.
Я пошел назад к дороге. Деверо шла позади.
— Мне нужно оружие, — обратился я к ней.
— Зачем? — удивилась она.
Я остановился и, повернувшись, посмотрел на восток оценивающим взглядом. Форт-Келхэм располагался на огромном прямоугольнике к северу от дороги, и его ограждение проходило по широкому подлеску, простирающемуся на сто ярдов по обе стороны проволоки.
Я снова пошел к дороге.
— Я все-таки найду это подразделение, несущее охрану запретной зоны, хотя все дружно утверждают, что ее не существует.
— Предположим, ты ее найдешь, — сказала Деверо. — Ты выступишь против них, но в конечном счете выступишь против Пентагона. Ты будешь утверждать, что такое подразделение существует, а они будут твердить, что нет. А ведь у Пентагона микрофон-то помощнее.
— Они ничего не смогут противопоставить вещественным уликам. Я выложу перед ними столько частей тела, что любой убедится в моей правоте.









