Джек Ричер, или Дело

Я неотрывно следовал за ними. Я без труда определил их скорость и теперь соблюдал дистанцию. С точки зрения логики, шум, производимый мною, не внушал опасений. Все то время, что я буду шуметь меньше, чем сразу двое из этих парней, никто из них меня не услышит. Кстати, это было совсем нетрудно. Вести себя более шумно, чем они, можно было бы, только если выстрелить пару раз из винчестера и затянуть во все горло национальный гимн.

Я позволил себе подойти немного поближе. Прибавил шагу и сократил разделяющее нас расстояние до двадцати ярдов. Но и в этом случае я не оказался в зоне визуального контакта, если не считать краткого мгновения, когда перед моими глазами мелькнула узкая спина в камуфляже боевой походной формы и что-то темное, что я принял за ствол винтовки М16.

Но слышал я очень хорошо. Их действительно было трое. Один, если судить по его голосу, старше двух других; возможно, он и есть командир. Второй был немногословен, а третий говорил гнусаво-взволнованным голосом. Даже с более близкого расстояния я не мог разобрать слова, но понимал, что их разговор не представляет для меня никакого интереса. Тон и ритм их беседы убедили меня в этом. Я слышал низкое саркастическое ворчание, возражение на реплики и изредка раскаты какого-то ленивого лающего смеха. Так эти три парня проводили время.

Они не свернули к третьей наблюдательной точке, которую я до этого осмотрел, а прошли мимо нее гуськом, идя неторопливой походкой. Я лучше слышал голос идущего впереди парня, поскольку он обращался к своим спутникам, поворачивая голову назад, но то, что они ему отвечали, я не мог разобрать, так как бойцы были повернуты ко мне спиной, да и расстояние до них было все еще значительным.

Но я все равно чувствовал, что ничего важного они так и не сказали. Им было скучно; возможно, они устали, и им надоели рутинные задания, в которых не было никакой новизны. Они не ожидали ни опасности, ни возникновения рискованной ситуации.

Парни прошли мимо второй наблюдательной точки. Они шли прогулочным шагом в южном направлении, а я следовал за ними. Две сотни ярдов по протоптанной тропинке, а потом я услышал, как они поворачивают вправо и с треском продираются к первой наблюдательной точке.

К цифре девять на воображаемом циферблате. Как раз к тому месту, где почти наверняка скрывался убийца Брюса Линдсея.

Я дошел до места на тропинке, где они повернули, и замер на главной тропе. Я слышал, что они остановились в двадцати ярдах к западу от меня; как раз на том месте, где я до этого был, на кромке леса; там, где на земле было полно следов, валялись обертка шоколадного батончика и множество сигаретных окурков. Я приблизился к ним… три ярда… пять… затем снова остановился.