Джек Ричер, или Дело

А что, черт возьми, он хочет внушить людям?

— Ну и что вы думаете делать?

— А что бы вам хотелось сделать?

— Мунро ведь еще и не уважает морпехов. Он против меня, а это значит: армия против Корпуса морской пехоты. Мунро не понимает, с кем связался. Ему не терпится показать себя, ну так я поставлю его на место. Я хочу показать, чего он стоит на самом деле. Хочу отхлестать его, как непослушного мула, одолженного у соседа. Хочу любым способом найти правду, а его красивые слова засунуть ему в задницу.

— Вы думаете, что сможете это сделать?

— Смогу, если вы мне поможете, — ответила Элизабет.

Некоторое время мы молча сидели в ее видавшей виды машине, которая, должно быть, уже не менее десяти тысяч часов пребывала на службе в полиции. Если принимать в расчет ее прежнюю жизнь в Чикаго, Новом Орлеане или где-то еще. Каждая по́ра внутренней поверхности салона впитала в себя пот, разнообразные запахи и крайнюю усталость. Все покрывала глубоко въевшаяся заскорузлая грязь. Истершиеся коврики на полу превратились в решетчатое плетение из толстой фибры и цветом походили на сплющенные жемчужины.

— Я должна перед вами извиниться, — сказала Деверо.

— За что? — удивился я.

— За то, что обратилась к вам за помощью. Это неэтично. Забудьте об этом.

— Куда мне вас подвезти?

— Давайте съездим к ближайшим соседям Дженис Мэй Чапман, побеседуем с ними, — предложил я.

— Нет, — ответила она. — Я не могу допустить вашего участия в этом деле. Не могу позволить вам действовать против своих.

— Так, может быть, я и не буду действовать против своих, — возразил я. — Возможно, я буду делать как раз то, что от меня требуется. Вдруг окажется так, что я буду помогать Мунро, а не вам? Ведь правым-то может оказаться он, а не вы.

У нас пока нет никакого предположения, кто мог это сделать.

— Ну а какое предположение вам кажется наиболее реальным?

Я подумал о лимузинах, везущих в Форт-Келхэм дорогих юристов. Подумал о запретной зоне и панических нотках в голосе Джона Джеймса Фрейзера из Пентагона, из ведомства по связям с Сенатом.

— Наиболее реальным будет предположить, что это сделал кто-то из военнослужащих, расквартированных в Келхэме.

— И вы уверены в том, что хотите пойти на риск и разобраться с этим до конца?

— Говорить с человеком, у которого в руке оружие, — это риск.

А вот задавать ему вопросы — еще нет.

Тогда, в 1997 году, я верил в то, что сказал.

Дом Дженис Мэй Чапман, стоявший примерно в ста ярдах от железной дороги, был одним из трех жилых строений, расположенных в тупике узкого переулка, проходящего в миле к юго-востоку от Мейн-стрит. Небольшой домик, обращенный задним фасадом к палисаднику, граничащему с круговой площадкой, расположенной в конце улицы и предназначенной для разворота автомобилей.