Его сладкая девочка (СИ)

И вот как в одночасье она стала ее? Стоит в каких-то блядских облегающих, подчеркивающих все ее прелести шортах, да еще телесного цвета, словно голая. Я, конечно, возмущаюсь, но вижу, что чем-то расстроена, на глазах слезы.

Смотрю вниз, на ее идеальные пальчики с красным лаком, ведь замерзнет точно. Достаю носки, напяливаю на нее, а эта зараза еще язвит.

— Спасибо. Я надеюсь, они не оставлены какой-то залетной девицей, которая так убегала от тебя, что забыла их.

— Нет, она не успела, я ее убил и закопал под ранеткой.

— Роман Александрович, хочу заметить, что шутка — это когда смешно всем, а не вам одному.

— Пойдем уже, у нас гости, шутник еще тот, тебе понравится.

— Мужчина твоей мечты.

— У нас еще одна дама? Кто это?

— Топай, а то разверну обратно, и будешь сидеть взаперти, — Рома говорит сквозь зубы, подталкивая меня вперед.

Замираю на полпути к кухонному столу, упираясь в мужскую грудь спиной, чувствую его горячие ладони на своих бедрах, а еще так отчетливо упирающееся в мою поясницу мужское достоинство. Дергаюсь вперед, хромая быстрее. За столом, кроме мне знакомых лиц, появился новый персонаж.

Ирина Николаевна — ну, иначе, как полным именем, называть ее не могу, все-таки не моя ровесница и подруга — смотрит волком: справедливо, есть за что. Тимофей улыбается, но тут же перестает, опуская глаза в тарелку. Какой дрессированный парень.

— Разрешите представиться: Ржевский, Максим Ржевский.

Высокий, здоровый мужчина в вполне модном джемпере и приличных джинсах резво подскакивает, оказывается рядом, хватает за руку и начинает ее целовать. Смотрю на него, потом на Романа, тот лишь закатывает глаза в потолок.

— Ржевский? Реально? Человек-анекдот?

Как забавно. Он что, на самом деле Ржевский, или это творческий псевдоним? Чтоб девчонкам нравиться.

— Какая забавная малышка, ты чья такая будешь?

А вот это мне не нравится. Я ему не малышка, и уж тем более не чья-то там.

— Папина, — отвечаю нагло, смотря в глаза.

Жаль, ты не знаешь, шутник, кто мой папа.

— Вершинин, это что за нимфа такая дерзкая?

— Так, все, быстро сели за стол, Ира старалась, готовила, все сейчас остынет.

— Все уже остыло, — Ира наконец подала голос.

— Макс, это моя племянница, Дарья, так что предупреждаю стразу: начнешь лапать, подкатывать, спаивать, тащить в койку, соблазнять, вешать лапшу на уши — останешься без яиц. Мой долг как дядюшки — уберечь дитя от таких, как ты.

Роман проговорил все это вполне миролюбивым тоном, обходя стол, садясь во главе его, мне досталось место как раз рядом с Тимофеем, уселась, в животе заурчало, запах был волшебным. Пусть весь мир подождет, но надо срочно покушать.

— Племянница? Ты не говорил ни о какой племяннице.

— Макс, я много что не говорил, а вот она есть.