Если бы только

Украшала всё для вечеринки в честь дня рождения сестры, которая должна была состояться следующим вечером.

Он смотрел на стену, его глаза были наполнены болью.

Боже, Гален. Будто её дёрнули цепью, Салли шагнула вперёд и, замешкавшись на секунду, обняла его. Она услышала, как трость упала на пол, и его руки обвились вокруг неё так крепко, что она не могла дышать.

Он удерживал её секунду, ещё одну.

— Продолжай, — прошептала она напротив его плеча.

Его голос был тихим.

— Она планировала встретиться со мной в ресторане, так как мне пришлось работать допоздна. Она так и не приехала.

Не отвечала на звонки, — его щека прижималась к её волосам. — Я поехал домой. Но было слишком поздно. Чертовски поздно. Кто-то из членов банды вломился через заднюю дверь. Они… выплеснули свой гнев на неё, используя её, чтобы преподать мне урок. А затем убили её.

Салли потёрлась щекой о его грудь, желая подарить ему утешение. Как он, настолько оберегающий свое, мог жить с этим?

— Она умерла… в ужасе. Испытывая боль. И меня там не было, Салли. Я не уберёг её. По моей вине её убили.

И внезапно Салли поняла, почему он так вышел из себя.

Она призналась, что любит его, и буквально в следующее мгновение он узнает, что она решила обвести вокруг пальца Ассоциацию Урожая. Если она погибнет от их рук, что произойдет с Галеном?

Салли задрожала. Повернув голову, она посмотрела на Вэнса. Его челюсть была крепко сжата, в глазах отчаяние. Ему тоже больно. Она протянула к нему руку, и он тут же оттолкнулся от стены. Как только он оказался достаточно близко, она обняла его свободной рукой. Теперь, когда не была ослеплена гневом, она поняла, что он также расстроен её поступком, как и Гален.

Только он лучше с этим справился.

Если они думали, что Ассоциация Урожая убьёт её так же, как лейтенанта Тиллмана, то, конечно, они были напуганы.

Разумеется, она знала, насколько хороша в своем деле, но ее Домы не были в курсе. Не то чтобы они дали ей шанс объясниться, придурки, но…

— Я прекращу это, — сказала она. Салли отстранилась и посмотрела на них, чувствуя себя так, будто теряет работу. Она хотела быть героем. Делать что-то особенное. Стоящее. — Я передам вам все мои файлы. И я не буду больше заниматься хакерством.

Когда-то Гален умел делать своё выражение лица нечитаемым, но или он потерял эту способность, или её взгляд стал острее.

Она увидела, как облегчение стёрло залегшие болезненные тени у него под глазами.

Теперь, когда она знала, какие демоны преследовали его, возможно, она сумеет помочь.

— Ты уверена, дорогая? — спросил Вэнс.

Салли хотела обнять его просто за то, каким замечательным человеком он был. Его стабильность уравновешивала Галена. Ладно, он уравновешивал и её тоже. И прямо сейчас она всем сердцем желала увидеть его улыбку.