Фанера Милосская

В сущности, она не совершила ничего криминального, в Уголовном кодексе не предусмотрено кары для девицы, которая решила одним ударом разрушить чужие отношения и карьеру. Тина-то погибла в результате несчастного случая. Полину так и не нашли – ушлая Вулых, прихватившая большое количество драгоценностей, сумела отлично спрятаться. Может, она сейчас живет где-нибудь в Сочи, купила небольшой домик и радуется жизни.

Кстати, о доме. Первое, что сделал Кирюша, увидав меня на пороге нашей квартиры, – бросил на стол ключи и завопил:

– Лампудель, Мария Мортман оформила бумаги на Мопсино. Вот, читай: «Владелец К. Романов». Это я!

Я села на стул и потрясла головой.

– Может, может! – ликовал мальчик. – Представь лица наших! Я выменял особняк из ничего! Зема уже летит в Питер! Эльза и Руди уехали на гастроли, но они вернутся через шесть месяцев. Мы же их приютим, да?

– «Он улетел, но обещал вернуться», – пробубнила я, пытаясь прийти в себя.

И тут истерически завопил телефон. Не мобильный, а стационарный аппарат. Я, моментально вспотев от непонятного страха, схватила трубку.

– Романову позовите! – гаркнули мне в ухо.

Начало разговора не предвещало ничего хорошего.

– Слушаю, – промямлила я.

– Шереметьево беспокоит, Ларин Сергей Николаевич.

Мне стало еще страшней.

– В нашем распоряжении находится принадлежащее вам животное. Забирайте его немедленно.

– Зема! – ужаснулась я. – Она улетела, но обещала вернуться! С ума сойти! Чертова кенгуру! Как вы узнали наш телефон?

– На ошейнике висит жетон, – неожиданно мирно сообщил Ларин. – На нем написано: «Капа Романова. Вознаграждение…» И цифры!

– Капа?! У вас не кенгуру?

– Вроде собака, – вздохнул Сергей Николаевич. – Правда, странная, я таких не встречал. Морда черная, пучеглазая. Так вы едете?

– Лечу! – заорала я и кинулась к двери.

– Ты куда? – заинтересовался Кирюшка.

– В Шереметьево! Там сидит Капа!

Мальчик бросился к вешалке.

Не успели мы сесть в мою машину, как Кирик спросил:

– Как она туда попала?

– Не знаю, – нервно ответила я.

– Не пешком же пришла!

– Шереметьево далеко! Капе до аэропорта за год не добрести на ее кривых лапах, – недоумевал Кирюшка.

– Не знаю, – тупо твердила я.

– Может, тебя разыграли? – захихикал мальчик.

Я вздрогнула. Действительно! Хотя кому, кроме самого Кирюши, могла прийти в голову столь замечательная идея?

– Это не я, – тут же сказал подросток.

– Ты сегодня Капу видел? – спросила я.

– Она гуляла, ела, а потом спряталась. Помнишь, я говорил, что Капендель новую нору нашла и я пока не обнаружил, куда она девается.

– Похоже, Капуся прогуливается до Шереметьева и обратно, – вздохнула я, паркуя машину. – Пошли посмотрим, кто там в кабинете у Ларина.

– Капа! – заорали мы в один голос, переступив порог.