Фрилансер. Абсолютный хищник (СИ)

Человек, помогший неудавшемуся королю Оливье НЕ сесть попой на кресло трона, был в теме заговора, был один из тех, кто стоял в его основании, и расхотел бороться за абстрактную республику. Его устраивала роль некоронованного владыки планеты. И он свою прелесть, то есть кузину Лив, поддержал, не дав сеньорам разгуляться, но, по старой памяти, и не загнав их семьи в каменный век, отдав кузине на растерзание. Потом он тоже наступил на банановую кожуру, и то — тоже кухня Веласкесов, и об этом тоже не будем, но факт — для заговора время было упущено, королева не дала себя в обиду.

— Познавательно, сеньоры. Но может продолжим? — А это нервничающий Дерек. Конечно, ТАКОЕ услышать на как бу рядовом мероприятии… За что тебя мягко говоря не погладят по голове, как организатора…

Но на него зашикали из зала, и точку поставил сам Себастьян:

— Сеньор крупье, сеньор Шимановский — сказочник! Любит своим девочкам в корпусе сказки на ночь рассказывать. Давайте дослушаем?

Поддерживающие голоса из зала.

— Хорошо. Слушаем. — Мистер Хьюстон поёжился, но согласился. Ибо и правда, он тут не при чём. Он — всего лишь хозяин заведения, где это происходит.

Я же продолжил:

— Королева Лив умерла страшной смертью, заплатив жизнью за «косяки», которые совершила на своей «кухне». Но вот её несмышлёная дочь… — Сделать картинный вздох. — Вот тут сеньоры заговорщики могли разгуляться. И даже попытались. Но та, не будь дурой, быстро-быстро развелась с первым мужем, музыкантом Бернардо Ромеро, и «легла» под военных. А лицом военных стал её сколько там юродный брат Филипп, адмирал, тем не менее, воевавший на Земле, в Африке, имевший опыт командования и отдачи тяжёлых приказов, а главное, за которым стояли ветераны, прошедшие горнило настоящей войны.

Снова гул по залу — поддерживающий. Так всё и было. Это — уже официальная история.

— При попытке устроить бадабум возле дворца, — продолжал я, зав залу пошуметь, — даже не переворот, а просто поскакать, накалить обстановку, он приказал стрелять в тех, кто там скачет. Без жалости. И сеньоры снова на десятилетия спрятали свой план превращения страны в республику.

— Какая ирония, сеньоры! — а теперь, как артист, я повернулся-таки к залу. — Какая ирония! Те, кто разрабатывал этот проект, или были мертвы, или ушли со сцены.

Цели, которые преследовали изначально, обнулились — Венера преобразилась и сама стала сверхдержавой, и наши кланы окончательно отдалились от имперской родни, потеряв с нею связь. Мы стали чужими в Империи. Но сама мысль превращения в республику осталась, и только крепла в головах юродивых. — Снова повернуться к Себастьяну. — Они попытались воспользоваться моментом, когда королева Катарина умерла, ибо умирала она долго и мучительно, но вновь облом.