Грязная жизнь

Рядом в постели мужчина. Мирон, это ее Мирон. Он не спал.

– Где я? – спросила она.

– В нашем новом доме, дорогая, – грубо рассмеялся он.

– Ты меня выкрал. Зачем?

– Достал меня твой Глотов. Всюду нос свой сует. Еле отбиваться от него успеваю. Задолбал он меня.

– А он тебе мешает?

– Я же говорю, достал.

– Это его обязанность.

– Здесь нет Глотова. И что же дальше?

– Хочу, чтобы ты подписала кое-какие бумаги.

– Ты передашь мне патентные права на свое изобретение.

– На биоэнергетический стенд?

– А у тебя есть что-то другое?

– Я не стану ничего подписывать!

Ксению охватило бешенство. Она вскочила с постели, подбежала к двери. Но та была закрыта.

– А тебя, дорогая, никто и спрашивать не собирается, – гнусно засмеялся Мирон.

– Ты мразь и подонок!

Ксения развернулась к нему лицом. Она вся дрожала от гнева. Как ей ненавистен сейчас этот ублюдок!

– Твое дело ноги раздвигать, а не серьезными делами ворочать. Шлюха!

Она могла бы, кажется, его убить. И убила бы, если бы у нее сейчас в руках был пистолет. Этот ублюдок затронул святая святых – ее дело. И этим оттолкнул от себя. Она уже не чувствовала себя зависимой от него.

– Как я тебя ненавижу!

– И даже можешь бросить меня. Ведь я влез в твое дело. Тут тебя не тронь. Я это знал. Поэтому ты здесь, и никакие глотовы тебе не помогут...

По барабанным перепонкам ударил его демонический смех.

Ксения вспомнила историю с магазином. Она попала в руки к бандитам. Ее силой и угрозами заставили отречься от своей собственности. История повторяется. Только на этот раз она предпочтет смерть разорению. Если она потеряет патент, то потеряет все. Это полный крах. Она уже не в силах будет вернуть утраченное. Тогда зачем ей жить?

– Ты можешь бить меня, пытать. Но я ничего подписывать не буду! Ты понял меня?

– Не кипишуй, дорогая. Бить тебя никто не собирается. Тебе просто сделают укол.

Наркотики? Ее собираются посадить на иглу? Этим ей уже угрожали.

– Даже если я стану конченой наркоманкой, это ничего не изменит.

– Ну да, буду я «снег» на тебя переводить, – зашелся смехом Мирон. – Есть одна бяка, ее тебе и вколют. Ты будешь как зомби. И подпишешь все, что тебе скажут.

А ведь он может сделать это. И сделает. Ксения почувствовала, как почва уходит из-под ее ног. Еще мгновение, и она уже лежала в глубоком обмороке.

– Николай Павлович Кривобоков? – спросил незнакомый мужчина гигантского телосложения.

– Да, он самый, – Кривобоков пригласил его присеть.

– Подполковник милиции Коротков, московский уголовный розыск.

– Насколько я знаю, вы занимаетесь делом Скорпицына.

– Тогда с вас пузырь! – широко улыбнулся подполковник.

– Вы это серьезно? – встрепенулся Кривобоков.

– А разве я на клоуна похож?.. Давай, Коля, по сто граммов тяпнем, на удачу.