Я смотрю на тебя издали

Но и врать не хотелось, и я сказала полуправду:

– Если честно, наткнулась на них в Интернете, судьба на днях свела с одним малоприятным типом, у него на руке наколка в виде глаза и надпись «Он видит». Меня татуировка заинтересовала, точнее, очень заинтересовал этот тип. Заглянула в Яндекс и получила ссылку на это самое братство. Но потом Олег Викторович угробил готовую версию, сообщив, что одиннадцать лет назад в городе была банда некоего Лазаря, члены которой украшали себя такими татушками.

– У отца Константина наколок на руках нет, – засмеялся Прохоров. – А про банду Лазаря ничего тебе рассказать не могу, хотя, конечно, о ней слышал. Одиннадцать лет назад меня куда больше политика интересовала.

– Это я помню. А что тебя интересует сейчас? – хоть и спросила я без намека на иронию, но все равно пожалела о своем вопросе.

В молодые годы Димка собирался горы свернуть, парень с большими амбициями, который работу в областном издании считал первым шагом в светлое будущее. Горы он не свернул, и нынешняя его должность, скорее всего, станет пиком блестящей карьеры. Когда речь заходила о Прохорове, Агатка, презрительно вздернув губу, говорила: «Нет ничего банальнее непризнанного гения» – и, наверное, была права. С годами боевой задор Дмитрий Александрович растерял и злился на более удачливых коллег.

– Сейчас меня больше реклама интересует, – мрачно ответил он. – Помогает нашей газетенке свести концы с концами. Кстати, есть у нас в редакции одна дамочка, Ирина Хохловцева, вот она о Лазаре наверняка знает куда больше. Криминал – ее конек. В свое время братва не раз грозила ей расправой, был случай, когда ей даже скрываться пришлось, но запугать ее не смогли, и она до сих пор неустанно их клеймит. Не так давно твоему пасынку от нее здорово досталось, когда он землицей обзавелся в исторической черте города и затеял там строить очередной бизнес-центр.

– Это событие в поле моего зрения не попало, – удивилась я, впрочем, чему удивляться, Димка о своих делах не распространяется, а газет я не читаю.

– Думаю, Ломакин на статью тоже внимания не обратил, – скривился Дмитрий Александрович. – Времена сменились, и война нашей железной леди с криминалом больше напоминает битву с ветряными мельницами.

– А поговорить с ней можно?

– О Лазаре? Отчего же нельзя. Она сейчас на своем рабочем месте.

Дмитрий Александрович выпорхнул из удобного кресла и направился к двери, я припустилась следом. Мы пошли по узкому коридору, в самом конце которого Прохоров по-хозяйски вошел в кабинет, где за столом сидела женщина лет пятидесяти. На отважного борца с криминалом она совсем не походила. Круглолицая, светлоглазая, довольно полная, невысокого роста. На ней были мешковатые брюки и белая блузка.