По моим правилам
Артём.Я никогда не останавливался и, тем более, не оглядывался. Но, всё это было «ДО». До того, как встретил ЕЁ. Почему ночь так коротка? Почему мне дана лишь одна жизнь, а не три, чтобы любить эту ЗАНОЗУ В ЗАДНИЦЕ? Рассуждаю, как придурок, но я и чувствую себя также. Настя.НЕНАВИЖУ, НЕНАВИЖУ, ЛЮБЛЮ, ЛЮБЛЮ, ЛЮБЛЮ…Я как будто под кайфом. Этот мужчина главное событие в моей жизни, не считая детей. Даже когда орёт на меня. Я ему всё позволяю, потому что была рождена, чтобы терпеть его дерьмовый характер.
Запрыгивает внутрь и сдаёт назад с такой прогазовкой, что машину окутывает серый дым.
Опускаюсь на крыльцо, обхватывая руками дрожащие ноги. Только сейчас понимаю, что всё это время нахожусь под проливным дождём.
Глава 26. НАСТЯ
- Ванечка, ну поверни ты голову…да…вот так, - приказываю я, регулируя положение фронтальной камеры своего телефона на вытянутой руке. – Улыбаааааайся…
Удостоверившись в том, что все в кадре, принимаю соответствующее выражение лица, т.е. делаю губы бантиком, а глаза собираю на переносице в кучу и щелкаю нас.
Отлично.
Мы с Ванечкой начинаем ухохатываться, прильнув к Вариной коляске. Варя пока слишком юна, чтобы уловить глубину ситуации, поэтому она просто лепечет всё, что в голову придёт.
- Настя, я хосю подарочек… - сообщает моя малышка.
- Какой такой подарочек? – утирая слёзы, спрашиваю я.
- Не знаю… - дует она губы.
Женщины…
- Хочешь шарик? – предлагаю свой вариант, пока отправляю фотку в нашу семейную группу в Вайбере.
- Даааа!
Ещё разок оцениваю фотографию и улыбаюсь. Ванечка ел зелёную вату, а Варя розовую. Я тоже измазалась немного для усиления общего цветового фона."
"Мы сегодня выехали в Ялту, потому что здесь проходит открытие городской ёлки, сопровождаемое выступлениями художественных коллективов.
Интересно, есть в этой толпе люди, которым реально интересно смотреть на поющих женщин? Облаченных в кокошники. Кокошники, лучшие времена которых пришлись на середину восьмидесятых.
Ну, хоть ёлка потрясающая.
Впервые вижу такую красавицу вживую. Она вся в огнях. Вся-вся. Мы специально приехали попозже, чтобы увидеть, как её зажгут.
Народу видимо-невидимо. Кажется, пора уходить, чтобы нас не затоптали.
В Вайбере следует незамедлительная реакция на нашу чумазую пантомиму.
Ола-ла: «Ооо, мои сладкоежки!».
Мама: «Привет. моим. Любимым. Пельмешкам.».
Мама недавно начала осваивать мессенжеры, поэтому игнорирую эти странные знаки препинания.
Никита: «Настя, твоя вата была с коноплёй?».
Я: «Просто ты меня давно не видел!».
Ола-ла: «Передай Варе, что я скоро её заберу!».
Ага, конечно. Наверное, тогда же, когда Андрей приедет навестить Ванечку.
Я: «Ей пофиг. Я включу мультики, и она забудет твоё имя.».
Ола-ла: «Скоро она начнёт понимать, как ужасна твоя готовка, и сама попросится домой.».
Это удар под дых.
Убираю телефон в карман пальто и встаю, хрустя коленями.
Достаю из сумки влажные салфетки и протягиваю одну сыну. Он с неохотой начинает приводить себя в порядок, церемонно растопырив свои детские пальчики и протирая между ними. Качаю головой и наклоняюсь, чтобы заняться Варей. Она выпячивает губки, чтобы мне было легче. Сажусь и делаю то же самое, тянусь к ней и мы делаем девчачий чмок.
- Фу… - отплёвывается Ванечка, изображая брезгливость.