Контрразведчик

Ценности собирались веками, ушли на Запад за пару лет. И основной канал вывоза был через Петроград в Финляндию. Не зная о налаженном ограблении и канале переправки, Матвей едва не разрушил схему. Как патриот Отечества, он был против вывоза предметов искусства и культа. Многие оклады икон были из драгоценных металлов, имели драгоценные камни – бриллианты, изумруды, сапфиры. И сами иконы, писанные мастерами век-два-три назад на досках, ценности немалой. Сам Матвей был один раз свидетелем, как описывались изъятые церковные ценности. «Специалистом» был малограмотный писарь. Оценивал и записывал на глазок.

«Икона с окладом из металла с разноцветными камнями числом четырнадцать».

И ни слова, что не железо, а серебро. Камни, каким весом – неизвестно. А разноцветные камни – это бесцветные бриллианты, самые ценимые ювелирами, рубины и изумруды.

Поле для воровства широченное. С писаря какой спрос, если у него два класса церковно-приходской школы? Изъятое свозили в комиссию. Взвешивали по весу, обращались небрежно. Иные, если нравились камни, ножами выковыривали, забирали себе. По указаниям, все изъятое и описанное должно было отправляться в Москву. Большевики распространяли слух, что на изъятые у церкви ценности закупали в Швеции паровозы. И в самом деле было, только количество купленных паровозов не соответствовало вывезенным ценностям. Паровозы были крайне необходимы, поскольку три главных завода – Коломенский, Харьковский и Луганский – стояли. За годы революции и гражданской войны парк паровозов обветшал, требовал обновления, капитального ремонта. Да еще появилось течение «мешочников», когда горожане брали в мешки для обмена одежду, обувь, бытовые предметы и ехали поездами на Кавказ, Украину и добирались даже до Средней Азии.

Поезда ходили не по расписанию, нерегулярно, люди набивались в вагоны и даже ехали на крыше. В сельских местностях меняли вещи на продукты длительного хранения – муку, сало, подсолнечное масло, зимой и мясо. Все передвижения огромных людских масс требовали вагонов, паровозов, обслуживающего персонала. Но «мешочники» не нарушали закон. Люди старались выжить.

Матвей по воспитанию, по прежней службе был государственником. И все равно, кто был у власти – царь или большевики, старался сохранить то, что принадлежало народу, стране. Его коробило, когда видел, как через границу вывозят ценности, предметы искусства. Причем не мелкие контрабандисты и не малые предметы в чемодане с двойным дном. А официально, вагонами, с сопровождающим и с документами с начальственной визой. Таможня пропускала без досмотра.

В один из дней поступил в ВЧК сигнал, что на пароходе «Двина» на рейде контрабанду в угольной яме прячут. Писал один из членов экипажа.