Лебединая песня. Любовь покоится в крови

Сказала, что очень устала и хочет пойти полежать.

Карл Вольцоген встал.

— Пожалуйста, миссис Лангли, посидите с нами. — Он повернулся к Джоан: — Я как-то сказал ее будущему мужу, что она была бы великолепным Октавианом для вашей маршальши.

Элизабет хотя и повеселела, но все же не была склонна оставаться.

— В другой раз обязательно. А сейчас мне надо переодеться, а кроме того, тут придется долго ждать, пока обслужат.

Карл грустно кивнул:

— Сомневаюсь, что официант знает, кто такой Вагнер, — заметила Джоан.

— Карлу не нравится его номер, — пояснила Джоан.

— Ну как, продвинулось ли расследование смерти Шортхауса? — спросила Элизабет.

— А что может еще продвинуться? — удивился Карл. — Он мертв. И это большая для всех нас Божья милость. Будем надеяться, что убийца останется неизвестным.

— Ну, вы зря так, полиция старается, — промолвила Джоан. — Впрочем, Элизабет, скорее от вас мы должны узнать о ходе расследования. Вы же общаетесь с профессором Феном. Я слышала, что Эдвин покончил с собой.

Элизабет отрицательно покачала головой:

— В детективных анналах описаны случаи, когда самоубийцы так обставляли свой уход из жизни, чтобы он выглядел как убийство. Но в случае Эдвина Шортхауса такое маловероятно.

— А у вас самой есть какие-то версии? — спросила Джоан. — Как у эксперта.

— У меня не только версия, — неожиданно вырвалось у Элизабет. — Мне кажется, я знаю, кто это сделал.

Джоан приподняла брови:

— Знаете? И уже сказали об этом в полиции?

Элизабет отрицательно покачала головой:

— Для этого нужны доказательства, а у меня пока их нет.

— Может быть, поделитесь с нами?

— Наверное, не стоит. К тому же не исключено, что я ошибаюсь.

— Правильно, не стоит. Зачем посылать благодетеля на виселицу.

Элизабет понимающе кивнула:

— Конечно, убийство вряд ли можно считать благодеянием, но… А как с постановкой? — Она посторонилась пропустить спешащего официанта.

— Сегодня приезжает Джордж Грин, он будет петь Сакса. Голос у него не такой богатый, как у Эдвина, но зато он прекрасный актер. Премьеру если и отложат, то ненадолго. Джордж хорошо знает материал. Кстати, а где Адам?

— Поехал с профессором в Амершем поговорить с Чарльзом Шортхаусом.

— Если их пропустит эта ведьма Беатрикс. Желательно бы ему поскорее возвратиться, вечером репетиция.

— Вряд ли он догадается, что сегодня назначили репетицию, — сказала Элизабет.

— Но Джордж Грин уже приехал, и к тому же полиция разрешила работу в театре.

— Я пойду, — сказала Элизабет, осознав, что Карл Вольцоген все еще из вежливости стоит. — И большое спасибо за приглашение.

По дороге к лифту она нещадно себя ругала. Зачем ни с того ни с сего ляпнула, что знает, кто убийца.