Люби меня по-немецки

Курт? Возможно. Но Курт и настолько утончённый выбор? Да и вообще, мне кажется, он из тех, кто просто не додумался бы о внезапном подарке…

Осторожно беру лилии в руки, ныряю носом в шёлковые лепестки и, вдыхая аромат, замечаю внутри маленький конверт…

"Ульяна, прости меня за несдержанность. Дай мне время всё переварить, а пока прими в знак моей любви эти чудесные цветы. Папа"

Боже, как это трогательно! На глаза даже навернулись сентиментальные слёзы.

Отец — гордый человек с непоколебимыми взглядами признал свою ошибку и сделал шаг к нашему примирению. Первый! Сам!

Хочется тут же взять телефон, набрать его номер и сказать спасибо. Уверить его, что, конечно, я его прощаю, тем более после такого смелого для него жеста. Ему явно пришлось переступить через свою гордость, чтобы пойти на такое.

В порыве эмоций я даже уже было беру телефон в руки и… как вдруг меня осеняет.

Отец, гордый человек с непоколебимыми взглядами, узнав, что я водила их всех за нос, променяла успешного адвоката на музыканта, разрушила вздребезги его мечты о моём скорейшем союзе с надёжным человеком, и вдруг признал свою ошибку? Ещё и цветы прислал? Слишком хорошо я знаю своего отца. Этот жест однозначно не в его духе.

Но кто тогда? И почему на карточке написано "папа"?..

Аккуратно кладу цветы обратно на стол и задумчиво опускаюсь в кресло.

Может, тогда мама? Разумеется, едва стоило мне утром подняться в свой кабинет, мама уже обрывала мой телефон звонками с требованием объяснить, как так вышло, что я впала в глубокий маразм раньше неё. Как можно перепутать своего мужчину и чужого? Привести на первое знакомство с близкими парня из захудалой пивнушки!

Пришлось долго и методично объяснять мотив своего странного поступка.

Да, обернись оно всё иначе, я бы сейчас думала, что поступила тогда ужасно опрометчиво, но я безумно счастлива, что решилась на ту безбашенную авантюру с подменой. Ведь теперь в моей жизни есть Курт. Такой понимающий, тонко чувствующий настроение, с прекрасным чувством юмора и лояльным отношением к бзикам стареющих родителей..

Кошу глаза на букет, вспоминаю, с каким пониманием он отзывался об отце и всё тут же встаёт на свои места.

Дождавшись, наконец, окончания рабочего дня выхожу из гиганта "ЭмЖиЭм" в вечернюю прохладу, и сразу же замечаю у входа американский кабриолет с натянутой матерчатой крышей. Ярко-жёлтого цвета! На стоянке масса машин, но это чудо словно инопланетный гость среди лаконичных БМВ, Мерседесов и Порше.

Открывается дверь и наружу выбирается Рейнхард. Сказать, что я удивлена? Нет, не скажу. Как раз-таки что-то подобное однозначно в его духе.

— Карета подана, прошу, — открывает для меня пассажирскую дверь и приглашающим жестом указывает на салон.