Лучше подавать холодным

 – Что у тебя, старик?

– «Земля»! – Коска с самодовольным видом открыл карты.

– Чертова «земля»! Ты удачлив, как дьявол!

– А ты так же верен. – Коска, сгребая деньги, показал зубы. – Что печалиться, нам скоро принесут куда больше серебра. Правило четвертей, и все такое…

– Да я еще до этого успею проиграть тебе свою долю!

– Будем надеяться. – Коска сделал глоток из фляги и скривился. По неведомой причине вкус был еще гаже обычного. Поводив во рту языком, он сделал через силу второй глоток и закрутил крышку. – Ох!.. Живот схватило. – Стукнул по столу рукой, поднялся на ноги. – Не трогай без меня колоду, слышишь?

– Я? – Виктус изобразил оскорбленную невинность. – Уж мне-то вы можете доверять, генерал.

– Могу, могу. – Коска двинулся к уборной, приковавшись взглядом к двери, мысленно представляя себе, где сидит Виктус, и выверяя расстояние. Шевельнул рукой, ощутил в ладони выпавший из рукава нож. – Точно как при Афьери… – Он резко развернулся и застыл. – Ох.

Невесть откуда Виктус успел извлечь маленький арбалет, взвел его и целился теперь уверенной рукой Коске в сердце.

– Эндиш заслонил тебя собой? – спросил он язвительно. – Сезария принес себя в жертву? Ты забыл, что я знал этих двух ублюдков? За долбаного дурака меня держишь?

Шенкт прыгнул в разбитое окно и беззвучно приземлился на ноги в обеденном зале, который час назад наверняка блистал великолепием, но успел при помощи Тысячи Мечей лишиться всего, за что можно выручить хотя бы грош. Остались лишь осколки посуды, разрубленные полотна в сломанных рамах да разоренные шкафы, слишком большие, чтобы сдвинуть их с места. Над выметенным начисто столом выписывали в воздухе геометрические фигуры три мухи. Рядом ругались два наемника, на которых нервно поглядывал мальчик лет четырнадцати.

– Говорю тебе, я нашел ложки! – кричал рябой солдат другому, в запыленной кирасе. – Но эта сука сбила меня с ног, и я их растерял! А ты почему ничего не раздобыл?

– Потому что за дверью смотрел, пока ты, чертов…

Мальчик молча ткнул пальцем в сторону Шенкта. Наемники перестали ругаться и тоже уставились на него.

– Это еще кто такой? – спросил рябой.

– Женщина, из-за которой ты потерял ложки, была Меркатто? – ответил вопросом Шенкт.

– Ты кто такой, я спрашиваю?

– Никто. Просто иду мимо.

– Вот как? – Рябой с ухмылкой глянул на своих дружков и обнажил меч. – Так знай, что эта комната наша, и за проход здесь платят пошлину.

– Пошлину, – прошипел второй наемник в кирасе, с угрожающим, как ему наверняка думалось, видом.

Оба шагнули навстречу Шенкту. Мальчик неохотно двинулся следом.

– И что у тебя есть для нас? – спросил рябой.

Шенкт встретился с ним глазами и дал ему шанс.

– Ничего такого, что вам понравится.