Лукоморские царства

— Да, — удивилась его реакции Катерина.

— Пошли отсюда, запах невыносимый! — он взял Катю за руку и быстро вытянул в горницу. Дверь закрыл поплотнее, да ещё ковриком щель под дверью заложил. А, потом увидев, что она шмыгает носом, и уже вытирает глаза, заметно смягчился. — Не пугайся. Я больше не буду кричать. Этот запах для меня пытка! — он кивнул на закрытую дверь. — И Елена об этом знает. Так вот почему меня Кот усыпил?

— Ну да. Она рассчитала, что на жалобный и отчаянный крик о помощи, ты всё равно к ней выскочишь! А дальше она тебя подставит под эту мерзость, её бы просто в лицо плеснули.

А вышел вроде ты, но так Елене ответил!!!

Когда Волк услыхал вопрос Баюна о бардаке, который устраивает Елена, он начал хохотать, и смеялся до слез! — Ладно, я его прощу, но последний раз! Не переношу, когда он меня, как вы выражаетесь, вырубает!

— Так иначе вырубило бы вон то! — и Катя указала рукой на дверь в комнату. Волк непроизвольно взялся рукой за горло.

— Я бы умер, наверное! Даже сюда пахнет!

— Прости, я не знала, иначе я бы закопала эту мерзость где-нибудь за посадом!

— Ты прости, я тебя напугал! Надо как-то учиться доверять, раз у меня теперь сестра есть.

 — Волк вдруг улыбнулся, да так тепло! Катя даже и не думала, что он так умеет!

Катерине повезло, что скатерть она машинально убрала в сумку, и она запахом не пропиталась. Волк категорически отказался заходить в свою комнату. Пришлось будить Степана, и пока Волк был на конюшне, Степан унес пузырек и зарыл его в самом дальнем углу сада. Причем Волк, и не видя этого легко указал, где именно зарыт флакон.

С закрытыми глазами.

Комнату они проветривали до возвращения Жаруси и Кота. Оба, можно сказать, крались. Баюн осторожно заглянул в окно, прежде чем осмелиться заглянуть в распахнутую для сквозняка дверь. Катя, только что двадцатый раз вымывшая пол в комнате, тыльной стороной руки убрала со лба прядь волос и кивнула Баюну.

— А с чего это у нас такая уборка? — Жаруся пронаблюдав за хитрыми перемещениями Баюна, смело влетела в горницу.

— Запах хмельного вихря… — ответил Волк, не оборачиваясь, он сидел за столом и чистил длинный меч.

— А, так можно уже вползать? Ты оценил размер бедствия и простил нас негодных, или нам тоже полы вымыть, чтобы заслужить прощение? — Жаруся села на плечо Волка и клюнула его в щеку. — Так как, а братец?

— Тьфу на вас! Неужели предупредить нельзя было!

— И ты бы согласился спокойно поспать? — Жаруся рассмеялась.

— А! Баюн! — Волк мрачно взглянул на нервно присевшего Кота.