Лукоморские царства

Так что это просто счастье, что ты вернулась и вернулась той, которая была! — похвастался Баюн. — Кстати, Волк, а сейчас-то ты чего дуешься на весь белый свет?

— Да так… Катюш, откроешь мне врата? — Волк как-то странно встал. Не так, как обычно встают собаки или волки, а словно перетек из одного положения в другое, очень красиво и одновременно угрожающе.

— Сейчас? — удивилась Катерина.

— Да, дело там у меня есть. Я как-то забыл о нем, а сейчас вспомнил.

— Ааа, понятненько. Ясненько мне всё с тобой, друг милый мой. — Баюн хитро прищурился. — Катюша, даже не слушай его. Иди, отдохни пока, а мы тут побеседуем.

Катя ушла в свою комнату, попыталась сделать домашку по математике, но выяснила, что голова совершенно ничего путного не соображает, да и громкость дружеской беседы в кухне неуклонно повышалась.

— Чего ради меня отсылать из кухни, если я и в комнате ваш ор прекрасно слышу? — хладнокровно осведомилась она у оскаленного Волка и Баюна, который явно исчерпал все цивилизованные аргументы и просто злобно шипел.

— Я не позволю этой мрази существовать! Я его просто растерзаю! — волчьи клыки лязгнули, и Катя невольно поёжилась.

— Глупостями не занимайся! Разыскивай тебя потом по всему Лукоморью! — Кот едва сдерживался, чтобы не применить свой коронный метод, и попросту не усыпить этого шакала-переростка на месяц. Может мозгов прибавится!

Вопрос решила Катя. Она совершенно спокойно прошла между двумя оскаленными мордами лучших друзей, попила воды всё из той же кружки, вздохнула, и сказала Волку:

— Волчок, не бросай меня, пожалуйста, ладно? Вот ты отправишься к Черномору, а я? Мне знаешь как страшно? А ну как ещё пакость какая-то появится?

У Волка мгновенно опала вставшая дыбом шерсть на загривке, убрался оскал, и погас диковатый огонек в глазах. Он прижался лбом к Катиным коленям и тяжело завздыхал. А потом решил:

— Всё, теперь в школу буду с тобой ходить! А то мало ли что!

— Эээ, позволь спросить, а в каком качестве? — не выдержал язвительный Баюн. — Чучелом или, так скажем, тушкой? Не, я понял, ты превратишься в хомячка, — он с филигранной точностью убрал хвост с того места, где щелкнули волчьи зубы. — Ааа, нет, ты будешь изображать тренера по физкультуре, только надо сначала куда-то деть уже имеющегося. Слопаем на пару? Или один управишься? — еще один великолепный прыжок, точно в миллиметре от волчьей морды. — Ой, нет, физруком ты не выдюжишь. Ты с одним Степаном-то с трудом управляешься, — ещё прыжок. — А! Катюш, у вас можно приносить с собой маааленьких собачек, таких, знаешь, которые в сумочки помещаются? Если можно, остается только Волку такое изобразить, — на этот раз удача Баюну изменила, и Волк, поймавший в воздухе Кота, поволок его в ванну, открыл лапой кран, и макнул в ледяную воду.