Маленькая хозяйка большой таверны

К тому же один из его товарищей тут же принялся стращать нас указами короля Дамиана, по которым любое неподчинение Лилиям каралось смертью.

– Ищите, – разрешила им, – но в «Сквозняке» вы никого не найдете! Здесь только мой повар, мой бармен, моя больная дочь и перепуганные женщины. А еще мой мерзавец-муж, который пьет уже целую неделю. Причем допился до такой степени, что уже не может подняться на ноги!.. Свинья! – заявила я в сердцах. – Вместо того, чтобы меня защищать, он опять нажрался!

– Такую красотку я бы и сам защитил, – усмехнулся один из Лилий – крупный, краснолицый, с залихватскими усами.

– Приходи, когда все закончится, – пожала я плечами, – вот тогда и посмотрим, какой из тебя защитник. Только за дверь не забудь мне заплатить!

Услышав про дверь, усач ухмыльнулся. Судя по их виду, платить за порчу имущества никто не собирался.

– Я бы взглянул на мужа, – произнес долговязый, похоже, не особо впечатлявшийся моей речью. Затем приказал остальным: – Торос, Эрко, обыщите здесь все!

– Обыскивайте! – вновь повторила я. – Но если вы хоть пальцем тронете мою больную дочь, вам не поздоровится. Я не посмотрю, что вы какие-то там маги!

На это они заверили, что девчонка им не нужна. Они пришли за предателем, потому что Лилии заплатили изморцам, пытаясь перекупить их верность. А те, обманув их, выступили на стороне Клинков. За это они поплатятся – все до единого.

Предателей ждет смерть!

Пожав плечами, сделала приглашающий жест, на что худой заявил, что они обойдутся и без моего разрешения. На это я отправилась к комнате Олафа, затем распахнула перед магами дверь.

– Полюбуйтесь! – заявила долговязому и усачу, притопавшим за мной.

Они вошли и полюбовались.

…В комнате стоял удушающий запах алкоголя – потому что я вылила на кровать и на пол почти две бутылки чего-то крайне крепкого.

Судя по всему, дешевого бренди.

На кровати, высунув из-под темного одеяла здоровую руку, храпел – очень убедительно, надо признать, – тот самый светловолосый воин. Содержимым бутылки я стерла с его лица следы крови. Больше приукрашивать ничего и не пришлось – из-за своей раны и разлитого повсюду алкоголя он выглядел и пах соответствующе – как заядлый пропойца.

– Вот, посмотрите! – Мое сердце бешено стучало, но я старалась играть свою роль как можно убедительнее. – На улицах творится незнамо что, а этот опять напился!.. Томас! – позвала его. – Томас Дюваль, ну ты и свинья!

На это изморец пробормотал что-то нечленораздельное, затем хрюкнул вполне достоверно, и у меня не осталось никаких сомнений, что ему было прекрасно знакомо состояние, которое он пытался изобразить.

Еще немного постояв, маги переглянулись, после чего вышли из комнаты.