Маленькая хозяйка большой таверны

Анаис сперва покачала головой, пытаясь отказаться от завтрака, но потом все же согласилась на кашу, а я попросила Марию еще и заварить для нее нового малинового настоя. На это экономка кивнула, затем, кинув быстрый взгляд на спящих «работничков», ловко выманила у меня с рук Анаис, поставила ее на ноги и увела за собой на кухню.

Да-да, варить ту самую кашу и готовить для мамы завтрак!

Я с удивлением посмотрела им вслед – для меня это был высший пилотаж в умении общаться с детьми, до которого еще учиться и учиться.

К тому же в «Сквозняке» оказался еще один ребенок, который вот-вот должен был вернуться от молочника, а по дороге разузнать, что творится в городе.

Восьмилетний сын Эмилии и Олафа прошлой ночью оставался у дедушки с бабушкой. Он-то и присмотрит за моей дочерью, став для нее другом для игр.

На это я нерешительно кивнула, подумав, что никогда бы не послала своего ребенка, чтобы разузнать, что происходит за распахнутыми дверями «Сквозняка». Но, похоже, такими мелочами здесь заморачивалась только я одна.

Поэтому я тоже перестала.

Вернее, подошла и гаркнула в ухо двум пропойцам:

– Всем встать, король идет!

На это они моментально подскочили и уставились на меня ничего не понимающими взглядами. Затем Леннарт застонал и схватился за голову, а Олаф издал рык загнанного охотниками оленя, заявив, что нельзя же так пугать с утра пораньше!..

– Утро, – сообщила им, – давно уже наступило. Судя по дневному свету, оно никакое не раннее. К тому же за окнами больше никого не убивают, так что нам всем пора возвращаться к нормальной жизни.

– А не будет у нас никакой нормальной жизни! – со страдальческим видом возвестил Леннарт. – Этой ночью победили Клинки. Они разбили на голову Лилий, а сейчас, наверное, ловят их по всему городу!.. Мы с Олафом выходили после рассвета, вот и узнали… гм… столь благую весть.

– Победили – и хорошо, – отозвалась я. – Но почему же нам не будет из-за этого жизни?

– Потому что Джон Грехем был за Лилий, – буркнул Олаф.

– И леди Лорейн де Эвре тоже, – усмехнулся Леннарт, ясно давая понять, что успел разузнать, кто я такая. – Но не из-за вас, госпожа Дюваль, а именно из-за Старого Джона нас теперь будут ненавидеть и презирать во всем городе. По его вине «Сквозняк» стал чем-то вроде чумного барака, потому что Джон никогда не скрывал своих симпатий… Нам еще повезет, если таверну не сожгут и не закидают камнями!

– А вот это мы еще посмотрим, – сказала ему, чувствуя, как сжимается грудь от нехороших предчувствий. – Посмотрим, как нас будут обходить стороной и закидывать камнями!..

– Еще как будут – буркнул Леннарт. – Но мне интересно, что вы собираетесь предпринять, госпожа Дюваль? Быть может, снести таверну и отстроить на ее месте новую?

– На это у меня не хватит денег, – сказала ему.