Меченый

Я правильно сделала, что сбежала. Сделала правильно для всех.

– Мой брат, – сказала она. – Наш брат. Это был Ричард.

– И никто не остановил его. Возможно, это была ревность. Возможно, он с этим родился, но никто его не остановил. Я хотела убить его, убить себя, пока не появился Теодор.

– Не понимаю, – сказала Моника. – Ричард?

– Он был намного больше меня, такой сильный и такой злой. Я не могла остановить его, просто не могла.

– О, бедняжка! – сказала Моника, Придвигаясь на диване ближе к Лене. – Бедняжка.

Она протянула руки к сестре, обняла ее, крепко прижала. Обе женщины расплакались. Свет тускнеет, камера отъезжает, музыка звучит громче.

– Вы долго жмете на кнопку звонка, это очень раздражает, – послышался голос Лу в громкоговорителе за закрытыми воротами поместья Перселла. – У меня уже разболелась голова. Чего надо?

– Посмотреть новый фильм, поговорить с хозяином.

– Конечно, приглашал. Сказал приходить, когда захочу. Сегодня вечером будут хорошенькие женщины?

– На просмотр всегда приходят красивые женщины. Думаете, вам сегодня повезет, Виктор Карл?

– Я слишком плохо говорю по-английски, чтобы объяснить, почему вам не повезет.

– Хватит скромничать, Лу; по-моему, вы могли бы перещеголять самого Шекспира, будь у вас желание.

– Ну ладно, вы умнее, чем кажетесь, что, наверное, не так уж важно. Я впущу вас, но только не съешьте все мои канапе. Они только для приглашенных гостей.

Секундой позже ворота медленно отворились.

Петляющая неухоженная подъездная дорога, кучка припаркованных машин, швейцар в красной ливрее у переднего входа.

– Помнете бок, наплевать, – сказал я, протягивая ключи слуге. – Она взята напрокат.

Я ожидал увидеть в просторной гостиной толпу завсегдатаев светских тусовок, но она была почти пуста – целующаяся парочка, расположившаяся на полу в углу, изумленный и озадаченный мужчина у окна с выпивкой в руке. Поднос с бутербродами на полуразваленном кофейном столике и Брайс на диване, подобравшая ноги и листающая журнал.

– А где вечеринка? – спросил я.

Брайс подняла глаза и улыбнулась. Почему-то ее улыбка вдруг скрасила мне день. У меня появилось странное ощущение, что это улыбается Шанталь, настоящая Шанталь.

– Не знала, что вы приедете, – сказала она.

– Она решила остаться и поговорить с Моникой.

– Наверное, это хорошо, – сказала Брайс слегка разочарованным тоном.

– Скорее всего Моника у вас заночует.

– Примерно так. Мама когда-нибудь упоминала имя Шанталь?

– Никогда. Сегодня она сказала, что придут люди и будут называть ее Шанталь, но потом она все объяснит.

– И у тебя не возникло вопросов по этому поводу?

– Мама – актриса, она всегда играет какую-нибудь роль.

– Она играет их для дяди Теодора?

– Если не слишком занята в офисе.

– Понятно.