Меченый

Но настоящая причина была в другом, и остальные это понимали. Тедди испытывал крайнюю необходимость в том, чтобы его боготворили, и дети были его паствой.

И вот теперь одна из них, его любимица, стояла в подвале с широко раскрытыми невинными глазами, но не такими невинными, какими они были накануне.

– Привет, Шанталь, – сказал Тедди.

– Что ты здесь делаешь?

– Просто зашла поздороваться. Услышала голоса.

– Ты не постучалась. Надо всегда стучаться.

– Хорошо. Постучусь. В следующий раз. Обещаю.

– Кстати, об обещаниях. Мы упаковываем некоторые вещи. Подойди поближе, я хочу тебе кое-что показать.

Она сделала шаг вперед.

– Посмотри на это. – Тедди протянул ей на ладони крупный блестящий предмет. – Ты знаешь, что это?

Она отрицательно покачала головой.

– Это бриллиант, – сказал Тедди. – Посмотри, какой он красивый. Какой замечательный. Хочешь его потрогать?

– Тедди, – сказал Чарли. – Какого черта ты делаешь?

– Заткнись, Чарли. Вот, Шанталь. Потрогай.

Она протянула руку, погладили бриллиант, словно котенка, и ее глаза разгорелись.

– Помнишь, я подарил тебе зажигалку – она ведь тебе понравилась, да? Я мог бы подарить тебе бриллиант. Небольшой. Если ты дашь обещание. Ты можешь дать обещание, Шанталь?

– Ты обещаешь, что никому не расскажешь о том, что сегодня видела здесь?

– Какой бриллиант ты мне подаришь?

– Конечно. Но ты обещаешь?

– Обещаю. А почему здесь яма в полу?

– Мы чиним трубы. Ты обещаешь, правда ведь?

– Вот и хорошо, Шанталь. Теперь мы с Чарли погрузим ящики в машину, а потом я подарю тебе бриллиант, ладно? Ты посиди на этом ящике и подожди меня.

– Молодец. Давай, Чарли, пошли грузить.

И они погрузили все в машину. Груз был тяжелым, но на удивление компактным – вся добыча поместилась в багажник спортивного автомобиля.

– Ладно, Чарли, – сказал Тедди, когда они закончили. – Покатайся немного по округе. Заправься. Я провожу Шанталь домой и встречу тебя здесь через полчаса.

– Она все знает, – предупредил его Чарли.

– Она никому не расскажет.

– Обязательно расскажет, она всего лишь ребенок.

– Не расскажет. Я дам ей бриллиантик и провожу домой. Буду здесь через полчаса.

– Может, мне стоит остаться?

Ответ он прочитал в глазах Тедди, холодных и безжалостных; во взгляде не было злости – лишь жестокое понимание необходимости предстоящего поступка. Чарли хотел покачать головой, но не смог – он будто окаменел. И в тот момент почувствовал, как уходит радость и надежда – особенно надежда, – утекает, словно кровь из рассеченной вены.

– Давай, Чарли, – сказал Тедди.

– Не думаю, что это стоит делать.

– Не надо думать, иди и выполняй то, что сказано.