Меченый

 – Не имеете представления?

– У меня есть одна идея, – сказал Чарли. – Чертовски хорошая идея.

– Чарли, успокойтесь.

– Нет, Виктор. Джоуи не хочет иметь ничего общего с картиной, и я тоже.

– Пусть забирает этот чертов музей. Меня будет тошнить от каждого цента, заработанного на ней. Вы сказали, что я не могу начать новую жизнь, не заплатив за прошлую. Так как же я могу ее начать с бумажником, набитым наличными, заработанными на том, что случилось?

Я ощутил знакомое разочарование, а потом вдруг понял, насколько Чарли прав.

– Так где же картина? – поинтересовалась Ронда.

– Верстак Ральфи до сих пор стоит в подвале? – спросил Чарли.

– Он сделан из водопроводных труб и деревянных досок. Я отодрал одну доску, сунул картину в трубу и вновь ее заколотил. Картина должна быть там.

– Фантастика, – сказала Ронда.

– Это не пойдет в печать, пока я не дам «добро», – предупредил я.

– Обещаю, – согласилась Ронда.

А потом перегнулась через оконную раму, как будто захотела крепко поцеловать меня. Мне стало неловко при мысли о поцелуе перед всеми после того, что мы услышали, и я отшатнулся. Ронда же цапнула ключ зажигания, заглушила мотор, вытащила ключ и шагнула прочь от машины.

– Что вы делаете? – возмутился я.

– Извините, Виктор, но я не могу дать вам уехать.

– Потому что мне платят не за это, голубчик.

Она открыла левой рукой сумочку, вынула аккуратный пистолетик и приставила к моему виску.

Я сразу догадался, что происходит. Когда Чарли ругнулся при виде пистолета, Моника испуганно ахнула, а Джоуи засмеялся, у меня в голове что-то щелкнуло, и все встало на свои места. Может, я не самый ловкий адвокат, но приставьте к моей голове пистолет, и я мгновенно поумнею.

Тедди подослал ее к нам. Она была тем самым «другом из Аллентауна». Ронда, а не какой-нибудь седовласый ветеран. Она застрелила с левой руки Дубину Ральфи и Стэнфорда Куика, а теперь вознамерилась завалить нас, скопом. Моника встречалась с Тедди в Калифорнии, поэтому тоже должна была умереть. «Кто следующий?» – спрашивалось в записке, обнаруженной на груди Ральфа. Следующими оказались мы. Моя глупость доставила всех четверых к ней как жертвенных ягнят.

Но ведь я же ее проверял. Позвонил в «Ньюсдей», спросил, работает ли у них Ронда Харрис, пишущая статьи об искусстве, и меня заверили, что да, работает. Но я не спросил, как она выглядит, а разве трудно умненькой киллерше украсть чужую личность на время выполнения заказа? Кроме того, я никогда не сомневался – ни на секунду, – что должен быть кто-то, кто решит проблемы Тедди в его родном городе. Я четко усвоил, что у него всегда есть выбор. «Всегда имей запасной план, малыш, иначе стервятники расклюют тебя заживо», – сказал Теодор Перселл, и теперь его запасной план холодил мне висок.