Меченый

А что касается второго…

Даже если я страдал каким-то экзистенциальным психозом, то кто поручится, что мои чувства к женщине с ослепительно рыжими волосами и веснушчатым лицом не были настоящими?

– Ронда, – сказал я, слегка заикаясь, – может быть, вечером куда-нибудь сходим и выпьем?

Она лукаво улыбнулась:

– Означает ли это, что?..

– Поговорим об этом за выпивкой. И возможно, если все будет хорошо и позволят обстоятельства, я поговорю с клиентом относительно вас и вашей статьи.

– Это было бы замечательно, Виктор, – сказала она. – Спасибо вам огромное.

Когда?

– Договоримся позднее. – Я посмотрел на часы. – Сейчас я должен оспорить выселение из квартиры.

Каждый день на заседание Специального гражданского суда, расположенного на Южной Одиннадцатой улице, выносится около пятидесяти дел, но обычно рассматривается не более трех. Остальные вопросы, как и во всех судах, решаются в коридорах. Именно в коридоре мы с Бет стояли, ожидая слушания нашего дела, когда к нам подошел светловолосый мужчина в щегольском зеленом костюме. Он был примерно моего возраста. Я сразу понял, что он взобрался по юридической лестнице гораздо выше меня, и, естественно, не проникся к нему симпатией.

– Виктор Карл? – спросил он.

– Я так и думал, хотя по телевизору вы выглядите моложе.

– И наверное, толще.

– Нет, – сказал он. – Не совсем. Просто более молодым и лучше одетым. Подождите, пожалуйста, мне нужно передать вам кое-что.

Балансируя на одной ноге, он положил портфель на колено, щелкнул замками, вынул конверт и передал мне. Потом закрыл портфель и опустил ногу.

– Уведомление о выселении вашей клиентки. Ей предписано освободить жилую площадь в связи с истечением срока аренды, – сказал он с улыбкой.

 – Передайте, пожалуйста, уведомление миссис Дерринджер.

Я кивнул и отдал конверт Бет.

– А, так вы и есть упорствующая миссис Дерринджер, – повернулся к ней мужчина. – Меня зовут Юджин Фрэнкс, я из юридической фирмы «Талботт, Киттредж и Чейз» и представляю вашего домовладельца.

– Очаровательно, я польщена, – сказала Бет, но по голосу угадывалось, что она не очарована и не польщена.

– Прошу прощения, что уведомление о выселении было отправлено вам по почте.

Его следовало вручить лично или прикрепить к двери, как того требует буква закона и как указал ваш адвокат в довольно пространном письменном заявлении. На самом деле многие наши арендаторы предпочитают получать такие документы по почте. Они полагают, это менее унизительно, чем выслушивать домовладельца или находить объявление на входной двери, но с этого момента все будет делаться точно по закону. Мы ждем вашего отъезда по истечении срока аренды.

– Не думаю, что это случится, Юджин, – сказал я.