Подаренная чёрному дракону (СИ)

Поджав губы, эта девка снова попыталась разжалобить мою супругу.

- Я сказал, не смей искать у неё защиту, - процедил я сквозь зубы. - Пошла вон. Промыла свои лохмы - уже достижение.

Женщины, испуганно переглядываясь, двинулись на выход.

- Харда, - окрикнул я избранницу Брека, - а ты за стол.

- Что? - кажется, она не поняла меня.

- Женщина моего побратима обслуживать нас не будет. Сядь рядом с Бреком, отныне это твоё место.

Она замялась. Мой друг поднялся и, ухватив её за руку, чуть ли не насильно усадил рядом."

"Завтрак протекал в полном молчании.

Глава 45 Розанна

Дни тянулись монотонной чередой, сменяя друг друга.

Драконы методично приводили замок в порядок. Зал за залом, комната за комнатой.

Брек, казалось, успевает везде, а вот люди начинали роптать: они не привыкли так много работать. Но и это недовольство супруг быстро погасил, раздав людям ткань и пообещав восстановить ткацкие мастерские. На третий день после проверки Вегартом шахт подвезли уголь на больших телегах.

Кроме того, был снят запрет на охоту и вырубку леса.

И напоследок, служащим в замке выплатили по десять медяков.

Через какую-то неделю люди и слышать не желали о том, что старый альфа вновь вернёт эти земли. Жители из окрестных деревень приходили целыми группами в надежде наняться на работу.

Каменщики, охотники, гончары.

Швеи и ткачихи.

Наблюдая за всем этим преображением, я глупо улыбалась.

Омрачало мою жизнь только одно - Ули. За столь короткий срок я узнала о ней столько, что плакать хотелось от собственной глупости и наивности. Я никогда не понимала, почему Густов, её родной брат, так строг с ней. Почему частенько отчитывал и ругал, а она бежала ко мне и постоянно жаловалась на него.

Все мои попытки поговорить с ним, Густов резко обрывал.

Видимо, он так же, как и всё, видел Ули насквозь и пытался исправить её поведение, но в то же время не разочаровывать меня.

Это было так глупо.

Эта девчонка столько лет использовала меня как щит. Пряталась за моей спиной и пакостила всем вокруг.

Вспоминая свой осквернённый погребок, всё больше убеждалась, что это её рук дело. Она мне мстила, знать бы ещё за что. Просто никто другой не знал, как я привязана к своим зельям и травам.

Я не раз брала юную лисицу с собой на огород в надежде привить ей любовь в земле. Да, видно, не то ей было по нраву.

А ещё я чувствовала свою вину перед ней. Нет, не за то, что оттолкнула, а за то, что невольно поощряла её поведение. Зная о своей безнаказанности, она продолжала вести себя как... Слов не было, только огорчение и боль.

Моего слуха коснулся звук ударов молотка, где-то одиноко зажужжала пила.

Во дворе снесли старые постройки, и началось строительство новых хозяйственных помещений.