Подаренная чёрному дракону (СИ)

Работники днями вывозили строительный мусор, обтёсывали и сушили стволы молодых деревьев, городили заборчики. Дьярви зорко следил за тем, как выполняются работы, и порой я не видела его до самого вечера.

Ну а я помогала женщинам с заготовкой мяса.

Мы томили его в глиняных бочонках в печи и плотно накрывали крышками, заливая сверху воском, чтобы воздух не проникал внутрь.

Вокруг витал раздражающе вкусный запах с коптильни. А в погребе полным ходом шло сухое и мокрое соление. Мясо разрезали на широкие плоские куски, опускали в бочки с солёным раствором, а сверху на крышку ставили груз.

Но, несмотря на наши старания, очень скоро стало понятно, что сил и времени на всё не хватит, и мясо было дополнительно роздано семьям с большим количеством детворы.

И всё же я чувствовала какую-то напряжённость. Она незримо витала в воздухе, не позволяя погрузиться в тихое счастье.

По приказу Дьярви мне выделили место для огорода за кухней. Муж и мысли не допускал, что я лишний раз буду выходить за стены замка. Он не желал даже слушать меня и явно чего-то опасался.

Покрутившись на небольшом участке перекопанной земли, поняла, что высаживать мне нечего.

Всё осталось на прежнем огороде. И я рискнула податься туда. Хоть и понимала, что поступаю вразрез приказу мужа. Но я успокаивала себя тем, что за стенами полным-полно местного люда, и бояться мне особо нечего.

К тому же моя ведьминская интуиция молчала.

Это утро выдалось дождливым и безрадостным. Мелкие капельки омывали стремительно желтеющую листву и увядшую траву. Земля готовилась к зиме. Взяв в руки хорошо заточенную лопату, перекопала влажную почву и извлекла коренья. Вынесла за низкую деревянную оградку сорную траву и присела на криво сколоченную собственными руками скамью.

Раньше здесь был ещё и шалаш. Когда мать исчезла, отец стал спускать свою злобу на меня. Порой мне приходилось в буквальном смысле убегать из родного дома. Много раз служанки намекали, что не прочь меня приютить, но это было слишком унизительно. Негоже госпоже прятаться за подолы своих людей.

И я приходила сюда, устраивалась на простую низкую скамейку и мечтала о нехитром женском счастье. Тогда я была ещё столь наивна, что верила, будто властьимеющие мужчины способны любить.

Я представляла, как в наш замок ворвётся сильный и гордый воин и заявит, что я его суженая и любовь всей жизни. Это обязательно должен был быть незнакомец и неважно, что я впервые его вижу. Сказал, что единственная, значит, так и есть.

Усадив в своё седло, он умчит меня... вот тут мои фантазии всегда обрывались, потому что я не представляла, куда, вообще, в этом мире можно отправиться. Я видела лишь земли Моргей, а что там за их пределами мне не ведомо.

Сев ровнее, я глянула на хмурое небо.