Наперекор канонам

– Опять, – устало вздохнул Радим. – Сколько тебе объяснять, Эйя, что твои выводы меня интересуют меньше всего? Каждый год одно и то же. Когда же ты наконец поймешь, что судьбы можно сплести наперекор закону и в том случае, если одному из супругов суждено погибнуть? Ибо это не принесет вреда равновесию.

– У тебя нет смертельной болезни, – возразила женщина.

– Наш ежегодный спор уже начал всерьез меня утомлять своей предсказуемостью, – хищно оскалился мужчина. – Можно на этот раз я пропущу все доводы и сразу перейду непосредственно к угрозам? Так вот, Эйя, если ты не сплетешь наши судьбы, то я лично перережу тебе глотку. Здесь и сейчас. Не мне тебе объяснять, как важен этот ритуал. Смерть подслеповата и не заметит, что из переплетения жизненных линий ей подсунут не мою. Впрочем, что я объясняю? Приступай.

– Нет, – упрямо покачала головой Вязальщица. – Не могу. На этот раз действительно не могу. Она предназначена другому.

– Что значит – другому? – внезапно заволновался Радим. – Этого не может быть. Я специально выбирал самых некрасивых женщин, которых просто некому полюбить. Да кто на нее вообще посмотрит?!

– Тем не менее ты ошибся, – позволила себе торжествующую улыбку Эйя. – Ее любят. Искренне и по-настоящему любят. И она любит. Просто еще не отдает себе в этом отчета.

– Ты врешь! – Император оттолкнул меня в сторону и с тихим шорохом извлек из ножен меч. – Сплети наши судьбы, Вязальщица. Иначе ты умрешь.

– Ты делаешь ошибку, – спокойно ответила женщина. – Мир может не выдержать такого нарушения законов.

– Неужели? – издевательским тоном протянул мужчина. – Мир терпел двести лет. Вытерпит и на этот раз. И не рухнет.

– Будь по-твоему, – неожиданно уступила женщина. – Я предупредила – ты услышал.

– Вот и славно, – усмехнулся Радим, пряча обратно в ножны меч. – Любимая, иди сюда. Скоро все завершится.

Я попыталась было сделать шаг вперед, но вдруг растерянно моргнула. Мне показалось… Нет, на миг я совершенно отчетливо увидела позади мужчины размытую тень дверного проема. Вязальщица Судеб перехватила мой недоуменный взгляд и понимающе улыбнулась.

– Все правильно, – загадочно произнесла она. – Так и должно быть.

Я робко подошла к Радиму, вглядываясь ему за спину и гадая, что это могло бы означать. Но наваждение больше не повторялось. Вновь в реальность меня вернуло лишь неприятное прикосновение руки императора к моему запястью. Словно мертвец дотронулся до меня, настолько холодными были его пальцы.

– Ты любишь его? – обратилась ко мне с вопросом женщина.

– Нет, – честно ответила я.

– А ты? – повернулась Эйя к мужчине.

– Нет, – хмыкнул он. – Но беру в жены. И пусть скорая смерть разлучит нас.