Keeping 13

 — Я не хочу, чтобы ты повторяла это снова, хорошо?

Шмыгнув носом, она кивнула и крепче обняла меня за талию. — Хорошо.

Яростная волна желания защитить с ревом пробудилась внутри меня, и каждый мой инстинкт требовал, чтобы я сделал именно это; защитил ее. Сделай что-нибудь. Сделай что-нибудь…

Я бросил быстрый взгляд вокруг нас, обдумывая свой следующий шаг, прежде чем выбросить полотенце. — Пойдем, — сказал я, беря ее за руку в свою. — Пошли. — Вспомнив, что ключи Гибси все еще у меня в кармане, я повел ее к серебристому Фокусу. Шэннон молча шла рядом со мной, не задавая вопросов.

 Она просто следовала за мной. Это было такое неприкрытое проявление ее вопиющей уязвимости, что привело меня в ужас. Я мог бы отвезти ее куда угодно, но когда я открыл машину, она просто забралась на пассажирское сиденье, не сказав ни слова и не задав ни одного вопроса.

Тихо пошатываясь, я закрыл ее дверь и обошел машину, прежде чем занять свое место на водительском сиденье. Пристегнувшись, я откинул спинку сиденья до упора и поставил ноги на педали. Я осторожно нажал на педали, проверяя давление в ногах.

Неплохо.

Повернув ключ в замке зажигания, я завел двигатель, включил дворники и медленно выехал задним ходом с парковки, на которую этим утром поспешно заехал Гибси.

— Нас собираются арестовать? — Спросила Шэннон, нарушив молчание, пока мы ехали по длинной, заросшей лесом аллее. — За то, что забрал его машину?

— Нет, Шэн, нас не арестуют, — усмехнулся я, останавливаясь у главного входа. Включив индикатор, я перегнулся через руль и посмотрел на дорогу. — Я отправлю ему сообщение позже и дам ему знать.

— О. — Кивнув, она сложила руки на коленях. — Хорошо.

Выехав на главную дорогу, я опустил руку на рычаг переключения передач и переключился на третью, затем на четвертую, прежде чем, наконец, остановился на пятой, когда стрелка спидометра поползла вверх вместе с моим ощущением свободы.

Впервые за несколько недель почувствовав, что я контролирую ситуацию, я нажал на педаль газа и изо всех сил включил Gibsie Focus, все время жалея, что мы не в моей Audi.

В отличие от прошлого, Шэннон не жаловалась на мое вождение. Вместо этого она опустила окно и прислонилась щекой к двери, мягко улыбаясь, когда ветер дул ей в лицо."

"Мы не могли вернуться в дом Шэннон, потому что, помимо того факта, что мне было запрещено переступать порог дома, я, вероятно, причинил бы серьезный физический вред ее брату, и мы не могли вернуться ко мне домой, потому что, если бы я выехал на подъездную дорожку за рулем машины, моя мать, вероятно, причинила бы серьезный физический вред мне.

Одним из лучших моментов жизни на южном побережье Ирландии было то, что вы никогда не были далеко от воды, поэтому я свернул на прибрежную дорогу, полностью отказавшись от Баллилаггина.