Keeping 13

С ним ужасно обращались и мой брат, и моя мать. — Без обид, — добавил Джонни, коротко кивнув моему брату. — Но я все равно никуда не собираюсь.

— Да. — Даррен вздохнул. — Я начинаю это понимать.

Джонни фыркнул. — Просто чтобы внести ясность.

— Все чисто, Кавана, — ответил Даррен, прежде чем повернуться ко мне и спросить: — Ты идешь со мной?

Правда ли?

Давал ли он мне реальный выбор?

Я нахмурилась. — Что?

— Ты возвращаешься домой сейчас? — Медленно повторил Даррен. — Или позже?

— Я, э-э… — Покачав головой, я посмотрела на своего брата и сказала: — Сейчас.

— Ты уверена? — Спросил Джонни, застыв у меня за спиной.

 — Я могу отвезти тебя домой.

— У тебя тренировка, — прошептала я. — А мне нужно пойти домой и привести себя в порядок.

— Я не обязан идти, Шэннон, — сказал мне Джонни неуверенным тоном, переводя взгляд с меня на Даррена. — Я могу остаться с тобой.

Мне хотелось закричать ""Да"", но я остановила себя. Джонни был в курсе своих тренировок. Большую часть своих дней он проводил, с тоской глядя на свой телефон. Я знала, что он ожидал звонка от ирландских тренеров в ближайшее время, и я не могла ожидать, что он будет ломать свою жизнь каждый раз, когда со мной что-то случится.

Это была не первая моя катастрофа, и она не будет последней.

Кроме того, когда он уйдет, тебе придется делать это самой.

Потому что он уходит, Шэннон…

— Мне нужно помочь моим братьям. — Я слабо улыбнулась ему. — Я позвоню тебе позже.

Джонни не выглядел убежденным, но спорить со мной не стал. Вместо этого он поцеловал меня в лоб, натянуто кивнул и отступил назад. Я чувствовала отсутствие его прикосновения в самой глубокой части своей души, когда уходила с Дарреном.

62

УБЕДИТЕЛЬНЫЕ ОТЦЫ

ДЖОННИ

Шэннон обвинила меня в том, что произошло сегодня.

Я, блядь, знал, что она это сделала, и хуже всего было осознавать, что она была права. Это была моя вина. Они сделали это с ней из-за меня. Я наблюдал, как она выходила из школы вместе со своим братом, прекрасно понимая, что мне нужно вмешаться и что-то сказать, чтобы все исправить, но у меня не было нужных слов. Я не знал, как это исправить для нее.

Господи Иисусе, я был так зол, что практически ощущал его вкус."

"Я пошел на тренировку этим вечером только по той причине, что если бы мне пришлось сидеть дома наедине со своими мыслями и чувствовать себя бесполезным, я бы сорвался.

Это ничуть не помогло обуздать ярость, бушевавшую внутри меня. Я ни черта не мог сконцентрировать. На протяжении всей тренировки мои мысли были прикованы к Шэннон. У физиотерапевта было так же. Я не мог выбросить ее из головы. У меня было чуть больше четырех дней, чтобы подготовиться к тому, что должно было стать самой важной встречей в моей жизни, и все равно я не мог полностью погрузиться в игру.

Гребаная Белла.