Keeping 13

Я знал, что совершил ошибку, отпустив ее домой с Дарреном, но что я мог сделать, кроме как запихнуть ее в свою машину и уехать? Она сказала, что хочет пойти с ним. Это была ложь. Шэннон никогда не хотела идти домой.

Меня охватили сомнения, незнакомые и нервирующие, и, как обычно, я начал все переосмысливать. У меня были проблемы с мозгом. Все происходило слишком быстро, придумывалось слишком много сумасшедшего дерьма, носилось слишком быстро. Большую часть времени мне удавалось сохранять контроль над рутиной и структурой, но сегодня я испытывал трудности. Этот утренний телефонный звонок в сочетании с тем, что произошло в школе, выбил меня из колеи.

Все было в беспорядке, мои мозговые оболочки были расстреляны до полусмерти, и я сомневался во всем.

Когда я наконец припарковался за своим домом в начале десятого вечера, меня все еще переполняла энергия. Никакое количество упражнений, кругов и тренировочных заездов не погасило ярость, бушующую во мне.

Разозленный и встревоженный, я схватил свою сумку со снаряжением с пассажирского сиденья и прошествовал внутрь, твердо намереваясь расправиться с содержимым того, что мама готовила на плите.

Однако мой аппетит испарился, а ноги подкосились, когда я вошел на кухню и увидел Джоуи, который сидел на кухонном столе, обхватив голову руками. Мама сидела на табурете напротив него.

Остановившись в дверях, я наблюдал, как она пододвинула к нему чашку.

Он ее не взял.

— Я думаю, это действительно важно, Джоуи, — сказала ему мама тем тоном, который она использовала, когда добивалась от нас чего-то, когда мы были детьми. Мы — это я и Гибси, потому что он был самым близким мне человеком, как брат. — И я думаю, что ты тоже что-то значишь.

— Ты ошибаешься, — ответил Джоуи таким тихим голосом, что мне пришлось напрячься, чтобы расслышать его. Он уставился на кофейную чашку перед собой, стиснув зубы, с выражением недоверия и настороженности. — Так что просто сдавайся.

— Джоуи, — мягко сказала мама. — Ты прошел очень долгий путь, любимый. Может быть, пришло время дать отдых этим ногам и позволить кому-то другому нести эту ношу за тебя?

Тишина.

— Позволь мне помочь тебе.

Снова тишина.

— Позволь мне спасти тебя, Джоуи.

— Вы не можете, — выдавил он, тревожно хрустнув костяшками пальцев.

 — Спасать больше нечего, миссис Кавана. Так что, пожалуйста, просто остановись.

Прочистив горло, я бросил сумку со снаряжением у двери и вошел. — Ты свободен.

— Ага, — пробормотал Джоуи, не потрудившись поднять голову.

— О, любимый, ты дома. — Мама одарила меня улыбкой, но в ней чувствовалось беспокойство. — Как прошла тренировка?

Я уставился на нее с разинутым ртом. Черт, это было плохо. Она никогда не спрашивала о тренировках. — Великолепно, — осторожно ответил я.