После измены счастье есть (СИ)
– Умеешь ты трагедию из ерунды сделать, – бросает муж.– Измена законной супруге и секс с замужней женщиной, по-твоему, это ерунда?– Ну что ты в бутылку лезешь? Что изменилось со вчерашнего дня?– А ты не понимаешь? Нет? Ты же со мной был, потом с ней, а потом опять ко мне идешь… и так… сколько времени?– Да какая разница, Варь. Люблю-то я только тебя.«Что ты знаешь о любви?» – хочется завизжать, но я отказываюсь устраивать сцену. Не заслуживает он даже ее.– О любви хозяйке своей пой, старайся и дальше ей угодить! А мне не надо, понял?! – вырываюсь из прежде любимых, а теперь ненавистных рук.– Варька, да не будь ты дурой! Это же такая удача! Жена миллиардера, у нее бабок немеряно. И от меня ей только одно надо – ласка да внимание. Не я сам. Она ж со своим кошельком, один черт, никогда не разведется. А мы заживем! Да я o таком даже мечтать не мог! Это же Шанс! Шанс с большой буквы, слышишь меня?В тексте есть: развод, властный герой и нежная героиня, новые отношения, противостояние характеровОДНОТОМНИК
Здесь кроме моей племяшки присутствует ее классный руководитель, директор, парень, судя по уже недетскому лицу и широкому развороту плеч, старшеклассник. А еще две женщины и мужчина.
Последние стоят у окна ко мне спиной, что-то обсуждают. Они мне неинтересны, поэтому сразу нацеливаюсь на директора.
– В чем дело? – обращаюсь к нему.
Тот почему-то прежде, чем ответить, вопросительно смотрит на компанию у окна. И только после того, как те не удостаивают его какой-либо реакции, начинает говорить:
– Варвара Михайловна, ваша племянница устроила погром в подсобном помещении, где хранится ценный инвентарь. Только по приблизительным подсчетам убытки составляют десятки тысяч рублей. А если все посчитать точно, уверен там и не до одной сотни дойдет.
Ощущения у меня после его слов такие, как будто мне за шиворот высыпали снега вперемешку с колотым льдом.
Я не верю ни одному его слову. Моя Санька – ангел. Причинять вред намеренно, как и портить чужую собственность?
– Бред! – заявляю без какой-либо заминки.
Мне даже ее спрашивать не надо. Никогда моя племяшка, зная, как трудно зарабатываются деньги, не станет специально вгонять меня в долги. Никогда! Она не хулиганка, какой хотят ее выставить.
– Ну почему сразу бред? – не соглашается директор. – Александра не одна была, а в компании Максима Крылова. Их на месте преступления завуч застала. Татьяна Васильевна, подтвердите?
– Подтверждаю, – заявляет одна из двух дам, возле окна, глядя на меня сверху вниз.
Снисходительно так.
И в целом неприятно.
Ну да, по сравнению с ней, одетой с иголочки – приталенный темно-синий брючный костюм, шпильки, аккуратный пучок на голове, – я в флисовом спортивном костюме веселого розового цвета, белой жилетке, кроссовках и с мышиным хвостиком на затылке кажусь вчерашней студенткой-выскочкой.
Только мне все равно, как я выгляжу.
Обижать мою девочку никому не позволю.
– Подтверждаете что именно? – уточняю, поворачиваясь всем корпусом к завучу, хотя очень уж хочется еще раз посмотреть на парня.
Я столько раз слышала про Крылова Макса и его придирки к Саньке, но еще ни разу не сталкивалась с ним вживую.
– Подтверждаю, что дети устроили погром в хранилище, – чеканит Татьяна Васильевна. – Я своими глазами наблюдала, как они совершали вандализм.
– Наблюдали? – вскидываю бровь, цепляясь к фразе. – То есть, по вашим словам, вместо того чтобы прекратить, как вы говорите «вандализм», вы стояли и наблюдали за происходящим? Значит, фактически тоже принимали в нем участие?
– Вы что такое несёте? –вспыхивает от моих слов завуч.
– Я не несу, я делаю вывод, – произношу твердо.
На пару секунд в помещении воцаряется тишина, а следом раздаются два хмыка. Оба мужских. Довольно слаженных. И чем-то похожих.