Одуванчик в тёмном саду

Все, что хочешь… Хоть весь замок пусть выносит! Черт… Почему мне так не везет с женщинами? Что я делаю не так?!

Где-то на полпути я вспомнил о первой… Все же Ил прав, у меня нет иммунитета к женщинам. Совсем перестаю соображать. Тороплюсь выставить их из своей жизни. Отгородиться. Построить между нами стену…

Да, вроде бы я чувствовал, что о кольце она говорит правду — увидела, почувствовала, узнала… В тот момент мне было не до мелочей, но теперь… теперь, когда так хочется отвлечься от мыслей о Дине, разум нашел за что зацепиться.

Что ж, сейчас повеселимся. Сначала отправлю Илуватора допросить вторую… а потом вместе поговорим с первой. Ночь будет нескучной, черт побери!

И больше никаких баб!.. Никаких постоянных баб в моей жизни! Трахнул и забыл… К черту всю эту романтику!

К Илуватору в спальню я влетел без стука, но так шарахнув дверью, что двое, лежащих в кровати, сразу отвлеклись друг от друга.

— Третьим не возьмем, — Ил сразу понял, что я явился не просто так.

Пока он напяливал на себя штаны и рубашку, я молчал, удерживая щиты и стараясь не расплескать… злость? обиду?

Главное — не сделать себе еще больнее.

Наконец, мы перешли в кабинет, Илуватор захлопнул дверь в спальню и обернулся:

Не дожидаясь моего ответа, он залез в свой бар и выставил на стол бутылку брусничной настойки. Крепкая дрянь. А брусника хорошо растет на болотах… Черт!

Кто смог соблазнить Дину? Мою Дину! Ведь я ей верил! Пусть не так, как Илу и Реми… Но… Мы трое постоянно спасали друг другу жизни, а она спасла нас всего раз, но зато в такой момент, когда…

В то, что кто-то заставил Дину предать меня против воли — не поверю. Ведь во время боя с Рруззианой она не сдалась, дралась до последнего! Дралась не ради меня, а ради себя… Не давала себя поработить чудовищу! Может, в этом все дело? Она возненавидела всех арахнидов из-за одной безумной твари?

Черт побери! Или это я сделал что-то не так? Обидел? Когда? Чем?!

— Выпей! — практически скомандовал Илуватор, и я, задавив рвущийся изнутри полустон-полурык, хлебанул залпом сразу стакан. — А теперь объясняй. Или щиты сними — взламывать лень.

Не удержавшись, я фыркнул на его самоуверенный выпад… но щиты снял. Это проще, чем пытаться словами объяснить все, что случилось.

Я протянул проклятый амулет. Оказалось, что до сих пор сжимаю его в кулаке. Даже отпечаток на ладони остался.

— Во-первых, кольцо не мое. Ты же читал надпись, когда надевал на Диндэниэль?

Я кивнул и забрал украшение обратно. Точно. На внутренней стороне был выгравирован совсем другой текст, традиционное эльфийское любовное признание. Сами кольца отличаются камнями, узорами, а пожелание на всех одинаковое. На всех, кроме кольца Илуватора. Там было написано: «Моя кровь принадлежит тебе, а твое сердце — мне».