Отверженная

Веки мужчины были опущены, руки раскиданы в разные стороны. Впервые я видела его в одних плавках так долго, без страха и ужаса внутри. Мужчина казался уязвимым и расслабленным.

— Десять минут, Черничка. Мой лимит доверия ты потеряла. — не открывая глаз, серьезно сказал он, что никак не сходилось с той энергетики спокойствия, что он излучал. Наверное, тогда впервые я заметила его фальшивую жестокость и она впервые меня не задела.

— Бассейн не высох за пять минут, а ты не раскис. — пожимая плечами, равнодушно сказала я, осматриваюсь. Боже, как же спокойно тут было! Никаких вечно спешащих по делам людей, никакой учебы, пар и сессии. И пусть я стану самой плохой студенткой на земле, но отдых от вуза мне был по душе.

Сев на край джакузи, я спустила ноги в воду и ощутила приятные пузырьки.

— О чем вы говорили? — тем временем продолжил Шакалов, все еще придерживаясь политики "злобный босс".

— Я просила у него номер того носильщика, с соседнего острова. Он, конечно, сопротивлялся, но я его убедила. Так что вечер у меня уже занят. — выпалила я с улыбкой, на минуту поддавшись настроению острова и потеряв тотальный контроль. Естественно, Шакалов не был моим другом и уж точно шуток он не понимал. Меня словно молний парализовало, когда я почувствовала его прожигающий взгляд, плавящий все на своем пути, как метал. Даже голос пропал, пришлось откашляться и честно глядя мужчине в глаза, прошептать: — Просила его не мучить бедное животное и дать ему чуть больше свободы. Кажется, он меня понял. А еще… Я попросила его оставить у нас Люси на день…

— Нет. — коротко отрезал Шакалов, снова закрывая глаза и отключаюсь от реальности. — Я не могу гарантировать, что это животное тебе не навредит.

— Но обезьяна выглядит очень одомашненной. — взволнованно прошептала я, не желая расставаться с идеей видеть девочку снова. — За время пребывания тут она была послушной. Слушалась и…

— Она была прикована, Черничка. Прикована. Так что нет. — снова отрезал мужчина таким тоном, будто не желал больше слушать ничего на эту тему. Он снова открыл глаза и снова посмотрел на меня, в этот раз без злости, с какой-то усталой поволокой и не скрываемым желанием.

Его взгляд скользнул по груди и на коже тут же появились мурашки; по животу, и внутри все скрутило; по голым ногам и непередаваемое желание прикрыться тут же заставило закинуть ногу на ногу.

— Клубничка? — бархатно протянул Кирилл с какой-то хриплой вибраций в голосе. Он резко встал, заставляя воду из джакузи выйти из берегов, быстрым шагом направляясь ко мне. — Я вижу, ты хочешь поиграть.

— Кирилл… — горло онемело, сердце снова выпрыгивало из груди. Но новое чувство не имело никакого отношения к радостному предвкушению, как в случае в Люси, или дикому желанию, как в глазах Шакалова.