Патриот. Смута. Том 4

— Улыбнулся батюшке, а идущим со мной проговорил. — Двинули… Хотя…

Вновь обратился к священнику:

— Серафим, давай лучше Богатура и беев, кто здесь из них, главный из всей этой своры отбирай и к острогу. Всех поднимите, сажайте у входа. Говорить будем.

— Сделаем, воевода. — Серафим кивнул.

Мы же двинулись к табунам, что паслись внизу и реке, что поблескивала дальше.

За просекой на мостках я видел, как идет настоящая свара, перепалка. Атаман полковых казаков с десятком бойцов что-то доказывал охране лодок. Рядом стояли Чершенские с двумя десятками своих людей. Вооруженные, снаряженные, готовые в бой кинуться. Братья перегородили подход, встали на сторону охраны и, судя по всему, крыли благим матом пришедшего воронежского казачьего атамана. Тот ярился, но сделать ничего не мог. Отдавать приказ к бою не решался, в меньшинстве был.

Хорошо, что я их послал. Вовремя подоспели и время выиграли.

А со спины к беглецам уже подошел небольшой отряд Тренко. Стоял, наблюдал, тоже готовый к драке. Отсек он полкового атамана от лошадей, как второго варианта бегства.

Внезапно донцы и дети боярские сработали в тандеме, и сотник в дела не лез. Приказал наблюдать, что дальше будет.

Все меня ждали, чтобы конфликт разрешить.

Мы пробрались через просеку, полную коней. Животные стояли кучно. Седла были сложены рядом с каждой из таких небольших групп. Служилые люди таскали им камыш от реки, вычесывали скакунов, поглядывали на происходящее у мостков. Но, в дело не вступали. Там и так сил много, сами разберутся, а здесь дело важное — лошадей накормить, да в порядке держать.

— Что происходит? — Я подошел со своими людьми, решил сыграть под дурачка. — Говорят, татары утекли, здесь, что ли хотели пройти, по реке?

Тренко чуть повернулся, услышав мой голос, кивнул. Суровое его лицо стало чуть более спокойным. Чувствовалась в нем мысль — р раз пришел главный, сейчас все и решится.

Атаман дернулся, резко обернулся ко мне, уставился удивленно.

Я чуть в голос не заржал, смотря на его выпученные глаза. Сдержался.

А ты думал, что твоя глупая затея выгорит? Дураку ясно, что подстава какая-то. Даже если бы и утекли татары, то сколько? Трое, пятеро и что их всем лагерем искать и это именно моя задача, что ли? Да, я дюже додельный человек. Тут не денешься никуда. Но, чтобы за пленными лично гоняться — дудки. Может, за самим Богатуром еще ладно. Но он под персональной охраной.

Да, к тому же, я их и так отпускать собрался. Так что толку в этом как-то мало. Совсем.

— Что происходит? — Повторил я свой вопрос, буравя взглядом полкового атамана.

— Мы в город идем, воевода. Ранен я. — Тот указал на тряпку, которой была перемотана голова. — Бит. Ты же сам говорил. Раненных туда. Филка пушки свои пока спустит, мы уже вернем лодки. А пока часть добра перевезем.