Перри Мейсон: Дело о рисковой вдове. Дело о сумочке вымогательницы

Дорсет подошел к миссис Фолкнер и, просто сдвинув шляпу на затылок, дал ей понять, что хочет задать несколько вопросов. Остальные полицейские, разбежавшиеся по дому в поисках тела, почти одновременно собрались у двери ванной.

Сержант Дорсет подождал, пока миссис Фолкнер посмотрит на него.

– Итак? – произнес он наконец.

– Я действительно любила Харри, – едва слышно сказала миссис Фолкнер. – У нас случались ссоры, иногда он был просто невыносим, но…

– Об этом поговорим чуть позже, – прервал ее Дорсет. – Как давно вы его нашли?

– Всего несколько минут назад.

– Сколько? Пять? Десять? Пятнадцать?

– Не думаю, что прошло уже десять минут. Скорее чуть больше пяти.

– Мы ехали сюда шесть минут.

– Мы позвонили вам сразу, как только я нашла его.

– Через одну минуту? Две? Три?

– Я пошла в спальню и открыла дверь ванной комнаты.

– Нет. Я пригласила мистера Мейсона войти и…

– А он что здесь делает?

– Он стоял у двери, когда я подъехала. Хотел поговорить с мужем.

Дорсет резко повернулся к Мейсону.

– Об этом поговорим чуть позже, – снова сказал сержант.

– Сержант, со мной была мисс Мэдисон.

Впрочем, мы с ней не расставались часа два.

– Кто такая мисс Мэдисон?

– Я, – с улыбкой ответила Салли.

Сержант внимательно оглядел ее. Его рука непроизвольно потянулась к шляпе, он снял ее и положил на стол.

– Мейсон – ваш адвокат?

– Ну, я еще не договорилась с ним окончательно, не наняла его, просто подумала, что он сможет мне помочь. Захочет помочь, понимаете?

– Убедить мистера Фолкнера профинансировать изобретение Тома Гридли.

– Какое изобретение?

– Оно касается лекарства для рыб.

– Эй, сержант, взгляните-ка сюда, – раздался голос из спальни.

 – У него в ванной плавает пара золотых рыбок.

– Сколько рыбок плавает? – переспросил Мейсон.

– Последний вопрос задал не я, а Мейсон, – сердито пробурчал Дорсет.

– О! – Появившийся в дверях спальни широкоплечий полицейский угрожающе посмотрел на Мейсона. – Простите, сержант.

– Прошу вас, позвольте мне позвать кого-нибудь, – заговорила миссис Фолкнер. – Я не вынесу одиночества после того, что произошло. Меня уже тошнит.

– Простите, мадам, но в ванную комнату входить нельзя, – сказал один из находившихся в спальне полицейских.

Некоторая щекотливость ситуации заставила полицейского промолчать.

– Вы… вы не увезете его? – спросила миссис Фолкнер.

– Пока нет. Нужно все сфотографировать, снять отпечатки пальцев. Многое предстоит сделать.

– Но мне так плохо, как я должна поступить?

– В доме нет второй ванной?

– Послушайте, почему бы вам не провести эту ночь в отеле? – предложил Дорсет. – Быть может, у вас есть друзья…

– Нет, только не это. Я не в состоянии ехать в отель. Я так расстроена.