Перстень Ивана Грозного

Во-вторых, капитана всегда пробирал озноб от стоящего здесь отвратительного запаха — смеси формалина, нашатыря и еще чего-то сладковатого, ужасно неприятного, чего-то, что капитан Лебедкин считал запахом смерти.

На двух металлических столах лежали накрытые простынями тела. В стороне, за рабочим столом, заставленным какими-то приборами и лабораторной посудой, сидел властитель этого царства смерти — судмедэксперт Гоша Копытин.

Гоша пристально смотрел в окуляр микроскопа, во рту у него дымилась неизбежная сигарета. Никто никогда не видел Копытина без сигареты в зубах, докурив одну, он тут же закуривал следующую. Лебедкин не сомневался, что эксперт так много курит, чтобы перебить отвратный запах лаборатории.

— Привет, Копытин! — проговорил капитан, опасливо оглядываясь по сторонам.

— Привет! — отозвался эксперт, оторвавшись от микроскопа. — Что там у вас, наверху?

— Зима, — лаконично ответил Лебедкин.

— Это понятно. С новым начальником тяжело?

— Не спрашивай! — вздохнул Лебедкин. — Это что у тебя — та парочка из пансионата «Елочки»?

— «Сосенки», — поправил его Гоша. — Да, они…

— Ну, и что ты про них можешь сказать?

— Интересная история… — протянул Гоша, и глаза у него подозрительно заблестели.

Этот блеск определенно не понравился Лебедкину.

— Интересная? — переспросил он. — А я-то надеялся, что это банальный несчастный случай. Как говорят наши коллеги, дорожно-похоронное происшествие. Не справился мужик с управлением, занесло машину, сорвался в овраг — и два трупа… И начальник намекнул, чтобы поскорее с этим делом разобраться.

— На первый взгляд так… — Гоша встал, подошел к одному из столов, откинул простыню.

Лебедкин поморщился: на столе лежал обгорелый труп, рядом с ним — обугленные клочья одежды. Запах смерти стал гораздо сильнее, так что у капитана запершило в горле. Он порадовался, что не успел пообедать.

— На первый взгляд так! — повторил Копытин, переходя ко второму столу и сдергивая простыню со второго трупа. — А вот на второй… тебя в этих трупаках ничего не удивляет?

— Ну, ты мне загадки-то не загадывай! Это ты у нас по трупам большой специалист, это ты ко всякому привык, а меня можешь не спрашивать… сам знаешь, я с трупами не очень люблю общаться, лучше сразу говори, в чем тут дело.

— А ты не замечаешь, Лебедкин, что они какие-то подозрительно спокойные?

— Что? — Лебедкин нервно засмеялся. — Спокойные? Ты шутишь, что ли? Они же обугленные, как печеная картошка! Где уж тут их эмоции разглядеть!

— На лицах эмоции не разглядишь, это ты прав, — согласился эксперт. — Но я вообще-то другое имею в виду. Эмоции — они не только на лице проявляются.