Пламя и кровь. Кровь драконов

Преподнес нефритовую тиару, будто бы принадлежавшую некогда императрице Ленга. Они вместе охотились с соколами и катались под парусом по заливу. Дейемон уморительно высмеивал зеленых, «ползающих на брюхе» перед королевой и ее отпрысками, и превозносил красоту Рейениры, объявляя ее прекраснейшей девой всех Семи Королевств. Летали они чуть не каждый день, носясь на Сираксе и Караксесе наперегонки до Драконьего Камня и обратно.

С этого места наши авторы начинают говорить разное. Рунситер пишет лишь, что братья снова рассорились и Дейемон вернулся на Ступени, чтобы продолжить войну; о причине ссоры великий мейстер умалчивает.

Другие источники полагают, что Визерис отослал брата из замка по настоянию королевы, но септон Евстахий и Гриб рассказывают другую историю… верней, две совершенно разные истории. По словам более скромного Евстахия, принц соблазнил свою племянницу и лишил ее девственности. Когда сир Аррик Каргилл из Королевской Гвардии застал их в постели и привел к королю, Рейенира заявила, что любит Дейемона и просит позволения выйти за него замуж. Возмущенный Визерис напомнил дочери, что у принца уже есть жена, и велел ей оставаться в своих покоях. Брату он приказал покинуть Королевскую Гавань и взял с обоих слово молчать о случившемся.

Гриб, как ему это свойственно, излагает куда более смачно. Принцесса, говорит он, желала вовсе не принца, а сира Кристона Коля, но тот как истинный белый рыцарь остался верен своим обетам. Проводя с принцессой дни напролет, он ни разу не поцеловал ее и не признался ей в своих чувствах. «Он видит в тебе прежнюю маленькую девочку, – говорил Рейенире дядя, – но благодаря моим урокам может увидеть женщину».

Вслед за сим, если верить Грибу, он стал учить ее целоваться. Дальше больше: принц стал показывать, как ласкать мужчину, чтобы сделать ему приятное, в чем порой участвовал и сам Гриб со своим пресловутым членом. Дейемон учил девушку медленно раздеваться и сосал ее груди, чтобы сделать их больше и соблазнительнее. Улетая в скалы на Черноводном заливе, они обнажались, и принцесса без помех постигала, как ублажать мужчин ртом. Ночью принц, переодев Рейениру пажом, водил ее в бордели на Шелковой улице, где она могла наблюдать искусство любви на деле.

Гриб не говорит, сколько времени продолжались эти уроки, но в отличие от Евстахия уверяет, что принцесса осталась девственной, ибо желала подарить свою невинность возлюбленному. Когда же она наконец приступила к сиру Кристону с тем, чему научилась, он пришел в ужас и отверг ее притязания. История эта скоро вышла наружу, чему не в малой степени способствовал тот же Гриб.