Пламя у границ империи

— Я прошу оказать мне честь. Пусть это будет один час в неделю, но я приму и его с благодарностью.

— Давай вернёмся к этому разговору в декабре, — смягчился я. — Хотя мне не совсем понятно, чему тебя учить. Третий ранг боевой кинетики… Ты справишься с большинством известных мне фехтовальщиков ещё до того, как они обнажат меч.

— Я — отдельный разговор. Ты знаешь много людей, умеющих ходить сквозь стены?

— Сергей, мой отец тоже умеет добывать информацию, — девушка перестала улыбаться. — И про тебя ходят… целые легенды.

— Поэтому ты меня и проверяла. Тогда, в зале.

— Извини, если моё поведение показалось тебе грубым.

Но я не могу покидать домоморф, а если и перемещаюсь по городу, то в бронированной машине под прикрытием твоих людей. Здесь же я могу получить уникальный боевой опыт.

— Я не учу убивать других людей.

— Аня проходит курс самообороны.

— И мы хотим! — вырвалось у Джан.

Вот тут уже настала моя очередь выпадать в осадок.

— Федя тренируется, Аня тоже. Почему мы с Карой не можем? — морфистка вызывающе вздёрнула подбородок.

— Извините, что вмешиваюсь, — подал голос Федя, — но я готов обменяться.

Пусть он тренирует вас, а я буду отдыхать в своей комнате.

— Нет! — рявкнули мы с Джан.

— Ну, я хотя бы попытался.

— Ты подумай, — Кара сделала глоток из пиалы. — А я выясню у отца, что ты можешь получить взамен. И это не обязательно деньги.

Хмыкнув, я откинулся на спинке стула.

— Чуть-чуть, — принцесса вновь стала улыбчивой и благодушной. — Приятно было с вами посидеть.

Чай она так и не допила.

Фазис тонул в осенних дождях.

На набережную обрушился нехилый шторм, а в центре ливнёвку опять забило. Мне приходилось объезжать некоторые улицы, петляя по дворам и подворотням, чтобы не застрять в очередном «канале».

Дважды мне попадались прочистные машины, от которых к скрытым под водой люкам тянулись толстые коричневые шланги.

К обеду заработали тучеразгонители.

Над Змеиными Кварталами и отчасти над Альпикой образовались просветы, но их быстро заполняли новые клочья серости, так что дождь в историческом районе шёл с перерывами, что раздражало ещё больше.

Я въехал в ворота арендованной виллы Строгановых без четверти три и сразу обнаружил приметы скорого отъезда. С обратной стороны дома виднелся кузов огромного грузовика, почти автопоезда.

Сделав перекрытия прозрачными, я понял, что идут лихорадочные сборы. Големы и живые грузчики перетаскивают картонные коробки, деревянные и пластиковые ящики, аккуратно складируют всё это в фургоне. Возле гаражей тоже происходила суета — два или три автомобиля готовились к отъезду. И всё это — несмотря на дождь.

— Добрый день, ваше благородие, — чинно поклонился дворецкий на входе. — Его Светлость изволит принять вас в оранжерее восточного крыла.