Под прикрытием

Но для исполнения этого приема нужна именно команда – группа снайперов, привыкшая работать вместе, и с надежным корректировщиком – синхронизация огня должна быть до долей секунды, а самая сложная задача – у третьего снайпера, он должен вообще быть виртуозом. Поразить открывшуюся на мгновение цель, не отвлекаясь на синхронный выстрел двух других снайперов и на движения заложников – задача предельно сложная. А у нас тут – сборная команда, люди и с флота, и с армии, и с жандармерии, до этого многие друг друга и в лицо не видели, не то, чтобы вместе стрелять. И захват заложников – массовый, там их от семисот до полутора тысяч в здании, плюс не меньше двухсот террористов – озверевших от крови, понимающих, что они проиграли, и готовых на все.

Никаких западников здесь нет – только экстремисты, ваххабиты, хезбаллаховцы, прочая мразь. С такой ситуацией вообще еще не сталкивался никто, нигде и никогда…

– Три-пять, у меня пулеметчик и два автоматчика, прикрытые заложниками. Держу пулеметчика, ситуация под контролем, – когда настала моя очередь, доложился и я.

Держу – конечно, громко сказано. Пулеметчик поставил заложников – верней, заложниц на стулья перед подоконником, так что линия огня полностью перекрыта.

Точнее, почти полностью – ствол-то пулеметный торчит, и можно предполагать, где сейчас находится башка самого пулеметчика. Но именно предполагать, а это для снайпера хуже рыбьего жира в большой дозе наутро. Нехорошо, в общем.

Остальные два подонка поступили проще – подогнали заложниц к окнам и держат. Один высокий, голова так и мелькает, цель сложная, но уверен, что сниму – процентов на девяносто пять. Со вторым сложнее – не лучше, чем с пулеметчиком…

Интересно, что думает штаб про все это дерьмо? Впрочем, наше дело маленькое, наше дело – стрелять.

Если прикажут…

Тесная кабина большого десантного транспортера – здоровенная машина, высотой больше двух метров, амфибийная, может выходить прямо с десантного корабля и плыть до берега. Тусклый свет плафонов освещения, бубнящие наперебой рации, разложенные на коленях офицерские планшеты. Несколько офицеров – да какие там офицеры, насмерть уставшие мужики в грязном камуфляже, с серыми лицами и воспаленными красными глазами. Четвертый день замирения…

– Количество террористов установили? – генерал Волгарь поднял голову, уставился на одного из офицеров, сидящих далеко от него, у самого десантного люка.

Этот офицер, по званию майор, довольно молодой, моложе всех остальных, единственный, у кого на носу очки в золотой оправе, командовал технической разведкой.

– Здание просветили как могли, господин генерал. На этажах находятся двести шестьдесят террористов, плюс-минус пять человек. Заложников… к сожалению, тысяча двести человек, полная больница.