Под прикрытием

В станице террористов должно быть много, но ведь у ребят теперь два трофейных крупнокалиберных пулемета…

Машины шли довольно ходко, пофыркивая дизелями – почти новые, явно угнанные. Дорога была узкой, пыльной, большая часть этой пыли доставалась пулеметчикам, лица которых замотаны длинными полотнами материи так, что открытыми оставались только глаза – да и те были прикрыты похожими на мотоциклетные очками. Сидевший за рулем Толстяк гнал так, как позволяла дорога, замыкающая машина не отставала…

– …Это наша земля! И те, кто поганит ее, те кто самим своим дыханием оскорбляет Аллаха – те подохнут как собаки! Аллах акбар!

– Аллах акбар!!! – в слитном порыве выдыхает пара десятков глоток.

Развлечения еще не были закончены – амир Дадаи, найдя для себя импровизированную трибуну, выступал перед своим воинством. Чуть в стороне двое устанавливали крест с прибитым к нему русским щенком, туда же были согнаны русские – бабы и детишки, кто еще уцелел в этой кровавой резне. Были там и арабы – но немного, их кончали почти всегда сразу, обвиняя в том, что они муртады и мунафики. По мнению террористов, если ты жил рядом с неверным русским соседом и не зарезал его – ты мунафик, ты не идешь по пути Аллаха.

Путь Аллаха они представляли себе именно так. Перед тем как покинуть Каффрию, амир Дадаи выберет из этих отступников самых достойных и разрешит им зарезать уцелевших русских.

А пока амир Дадаи многочисленными цитатами из Корана внушал мужество своему воинству. Зажигательная речь прерывалась в нужных местах воплями «Аллах акбар!». Пыльные столбы приближались к деревне, но на них особо не обращали внимания. Это возвращались те, кто охотился на оставшихся в живых казаков…

– Ас-салам… – слова террориста, находившегося на посту, на въезде в станицу, застряли в горле, он вышел встречать своих, возвращающихся с охоты на казаков, а вместо этого… А вместо этого на него смотрели незнакомые, но явно русские люди, одетые в странную, не похожую ни на военную, ни на казачью форму одежду.

Боевик попятился, срывая с плеча автомат, но успеть он не мог в любом случае. Сидевший за рулем Толстяк поднял пистолет с глушителем и дважды выстрелил, пули бросили террориста на землю. Хлопнули еще несколько приглушенных выстрелов – путь в станицу был открыт…

– И хотя мы сейчас уходим – все равно мы еще вернемся сюда.

Эта земля, земля, по которой ступала нога Пророка, никогда не будет принадлежать русским свиньям! Аллах…

Амир прервался на полуслове. За спинами его моджахедов, собравшихся на площади, чтобы казнить русских, был проулок, ведущий к выезду. Вот из него и вывалились на скорости, один за другим, два внедорожника. Тех самых, на которых часть братьев уехала охотиться за скрывающимися где-то в виноградниках казаками.