Под прикрытием

Какой смысл его проверять?

– Вы на это всерьез рассчитываете?

– Не только на это. Второе, вопрос в том, как мы вбросим эту карту в игру. Передача пленных уже началась, много времени у нас нет. А что, если его найдет в больнице журналист?

– В обычной. Предположим, человека контузило, он потерял память и находится в больнице. Он даже не знает, кто он и откуда – вполне разумная ситуация, сейчас все военные госпитали переполнены. Может же он быть в русской военной форме? Может! А потом совершенно случайно в больницу приходит британский журналист – и обнаруживает в ней британского офицера.

Скандал, британцы обвиняют нас, что мы скрываем их раненых и пленных, статья в газетах, парламентские слушания, нота МИДа. После чего мы нехотя соглашаемся выдать британца – хотя, конечно же, имели на него свои планы…

– А в этом что-то есть… – вклинился в разговор я.

– Это не книги, это жизнь! – повернулся ко мне Цакая. – Одну авантюру уже устроили, не хватило?! Сами же лезете в пекло…

– План рискованный. Настоящая авантюра, – отрезал Цакая.

– И, тем не менее, проблему допроса первой степени мы уже решили, – снова начал незнакомец.

 – Я прожил в Англии не один год и знаю, как там все устроено. Если поднялась шумиха в прессе – спецслужбы действуют крайне осторожно. Парламентское расследование не нужно никому. Если станет известно, что человек вернулся из русского плена, а к нему применили психотропные препараты – как минимум главе службы, который все это санкционировал, а то и всему кабинету придется подать в отставку. Мы ведь можем и пару статеек в желтой прессе организовать, на опережение – как обращаются с вернувшимися из плена героями. Пусть опровергают.

– Хорошо, дальше. Допустим, он ушел в отставку из флота. Допустим, его не вывернула наизнанку контрразведка. И?

– Есть хорошее место. И это опять подходит под нашу легенду. Северная Ирландия, Особый отдел полиции. Контр-разведывательный режим там ослаблен, вся деятельность контрразведчиков направлена на то, чтобы не допустить проникновения в полицию осведомителей ИРА. И в то же время Особый отдел полиции постоянно испытывает потребность в кадрах, там служат настоящие фанатики. Они реально рискуют жизнью – при этом никакой гостайны там и в помине нет, там грязь и кровь.

– Прогоняем еще раз. Есть лейтенант флота Ее Величества Алекс Реджинальд Кросс, захваченный силами специального назначения ВМФ во время атаки на порт Бейрута. Сам он происходит из Белфаста, родителей убили католики из ИРА, поэтому он ненавидит их. Причем это не легенда – это правда, так оно и было. Захватили в плен его в бессознательном состоянии, кто он такой, он не помнит. По нашим законам его ждет расстрел.