Под прикрытием
На входе стоял здоровенный, похожий на турецкого янычара детина – килограммов сто по виду, никак не меньше, кожаная безрукавка, выбритая до блеска голова, длинные черные усы, на одном боку кобура с большим пистолетом, на другом – короткое помповое ружье с пистолетной рукоятью. Детина принимал оружие, складывал его в ящики, выдавал номерки с ключами. Если у кого не было знака, что они оставили машину на стоянке, брал плату за вход, у кого он был – проходили бесплатно…
– Ну и как нам раздобыть здесь по кружечке пива? – Иван по-хозяйски огляделся по сторонам, свободные столики были.
Сидевший в распивочной люд, самый разный, окинул взглядом новоприбывших, но ничего не сказал. Драться здесь строжайше запрещалось, да и не было пока повода для драки. Присутствующие определили их как русских караванщиков – таких в трактире едва ли не треть, и никакого интереса они не вызывали.
– Что угодно господам? – русский его был хорош, почти без акцента…
– Тю… Как в лучших домах Лондона и Парижа, – удивился Иван.
– Так тут половина ваших, хочешь не хочешь, а научишься. Чего изволят уважаемые господа?
– Пожрать на нас всех, солидно так. С мясом. Только никаких изысков. И если собачатину предложишь…
– Как можно-с… – половой весьма натурально изобразил возмущение, даже это «-с» было, словно у самого настоящего русского трактирного полового, – у нас все свежее. Барашек еще утром своими ногами бегал.
– Ну, вот и тащи. И пива – на всех.
– Воздержимся! Что сказал, то и принеси… – Иван отказался за всех, окончательно убедив окружающих в том, что он русский караванщик.
– Сей секунд-с… – половой исчез.
Абдалла сделал знак Кариму, тот наклонился, чтобы не разговаривать громко.
– Я отойду на время… Надо проверить…
Абдалла тоже исчез – пуштуны вообще обладали удивительным свойством незаметно и быстро исчезать и появляться. Как будто из воздуха…
Жратву притащили – на двух громадных блюдах, которым по виду было несколько сотен лет, сделанных… кажется, из меди.
– Это едят руками, господин…
Русские переглянулись…
– Эх, и учить вас всему надо… – проворчал Иван, доставая из нагрудного кармана пластиковую армейскую ложку, какие шли в сухих пайках.














