Поцелуй врага

Сладковатый флер сильнее въедается в легкие. Нутро непривычно вибрирует. Кто он? Любопытство гонит к редкой шторке, отделяющей кухню от бара. Незнакомец отличается и внешне. Он словно оболочка, манекен. Его движения тягучи, а мимика практически статична. Ленивый поворот головы, и мы встречаемся заинтересованными взглядами. Вибрация внутри нарастает, так было при встрече с блондином – волчица предупреждает об опасности.

– Как давно ты нанимаешь волчат? И почему я об этом не знаю. – Незнакомец не отводит глаз, обращаясь к Росу. Хозяин бара взволнован, в его груди настоящая скачка. – Ты из чьей стаи? – Я подхожу ближе, но все равно не слышу второго биения сердца. – Что, никогда не видела вампира?

– Нет. – Не хочется лгать, в голове уверенность, что незнакомец этого не простит. Внешность вампира можно назвать обычной, серой, но чувствуется сила в апатичных движениях, и этот контраст пугает.

– Так ты чья, зеленоглазка? – вампир манит пальцем и указывает на высокий стул рядом с собой. – Хотелось бы понять, с кем будут проблемы?

– Проблем не будет. Я живу вне стаи. – Хмурый взгляд Роса впечатывается мне в переносицу.

– Изгнали? – Вампир сидит ровно. Не облокачивается на стойку, не заваливается, и мне хочется повторить за ним. Подбираюсь.

– А кто у нас поблизости? – протягивает задумчиво. – Рокотовы да Платовы. Или ты издалека?

– Местная, – тяжело повторяет вампир. Если бы он дышал, то выдохнул слово вместе с воздухом из легких, а так просто произнес. – Местная, – повторяет для Роса.

– Мой отец из стаи, что живет в Озерной долине, – я недолго раздумываю, стоит ли продолжать свой рассказ: – Но его предали, – добавляю, ожидая реакции.

Вампир снисходительно улыбается.

– И ты хочешь мести?

– Рос, кажется, ты нашел себе оруженосца. – Вампир заходится механическим смехом. Совершенно синтетическим, не выражающим никаких эмоций. Он смеется на одной ноте и прерывает хохот так же резко, как и начинает. – А кто же твой отец, так вероломно преданный этими праведниками?

Мне бы обратить внимание на снисходительный тон и вслушаться в слова, сказанные вампиром, но меня ослепляет радость внезапной удачи. Неужели я смогу что-то узнать?

– Марк. Я не знаю настоящую фамилию отца. – Признаться в этом невероятно стыдно.

Вампир прыскает смехом, в этот раз настоящим, в нем слышится издевка:

– И в чем же виноваты Рокотовы?

– Еще до моего рождения, когда отец жил в стае, его предал друг. Испугался, что папа отберет у него власть, займет его место.

– Место Альфы, надо предполагать?

– Да, стая была против Рокотова и поддерживала моего отца, – отвечаю я уверенно.

– А почему же никто не вызвал на поединок прежнего Альфу?

– Боялись. Отец не испугался, хотел и уже назначил день.